Но потом дверь распахнулась, ему навстречу босиком и в халате выглянула Гермиона, и все меланхолические мысли улетели прочь. Она также помахала Пен, а затем поманила его внутрь. Малфой нырнул через дверной проем в уютное жилище. Он будет скучать по этому месту. Он провел здесь так много приятных часов.
— Чему ты ухмыляешься? — спросила Гермиона с подозрительной улыбкой, возвращаясь в спальню. — Да, я все еще одеваюсь! Ты так толком и не сказал, куда мы сегодня отправляемся, и я не могла решить… — ее голос затих, и Драко неторопливо последовал за ней.
— Я улыбаюсь, потому что вспомнил все приятности, которые происходили в этом маленьком коттедже. И надень что-нибудь теплое. На улице прохладно, — он стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. — Хотя мне очень нравится то, что на тебе сейчас.
— Эй, — Гермиона посмотрела на него через плечо.
Она только что сняла халат и стояла посреди своей гардеробной в очень красивом прозрачном персиковом белье. Мысль о том, чтобы прервать ее сборы, пришла ему в голову — это был очень отвлекающий комплект, — но Драко с нетерпением ждал того, что запланировал на день. Поэтому остался стоять в дверях, пока она надела маггловские джинсы и рубашку, а сверху натянула большой джемпер.
— Ботинки или сандалии? — спросила Грейнджер, делая что-то со своими волосами с помощью палочки.
— Ботинки. Нас ждет небольшая прогулка по лесу.
— О, звучит замечательно! Я уже целую вечность не надевала джинсы и ботинки.
Она улыбнулась ему и наклонилась, чтобы завязать шнурки, а его мысли переместились к любимому воспоминанию о ее прогулке по подъездной дорожке Тео.
— Ну все, я готова! — звонкий голос прервал его задумчивость.
Грейнджер сделала несколько шагов к двери, но он не двинулся с места. Она подошла к нему так близко, что коснулась грудью его скрещенных рук. Драко посмотрел на нее и ухмыльнулся.
— Что? — спросила она, глядя на него.
— Да вот решаю, позволить тебе пройти или все же отказаться от наших планов и провести день в постели.
— Заманчиво, — она подняла брови, и Малфой разжал руки и притянул ее к себе, захватив ее губы в долгом поцелуе. Гермиона нежно провела костяшками пальцев по его челюсти. — Очень заманчиво, — пробормотала она через некоторое время. Уголки его рта приподнялись, когда она немного отстранилась. — Но мне также любопытны эти твои загадочные планы.
Он сделал глубокий вдох и отступил.
— Тогда пойдем. День в постели мы можем провести в любое другое время.
Драко почувствовал, как на его лице появилась искренняя улыбка при этой мысли. Гермиона взяла его за руку, и они вышли за дверь.
oOo
Грейнджер вытянула шею, когда Драко плавно остановил машину на обочине дороги. Они около получаса проехали по сельской местности и уже давно свернули на частную гравийную дорогу. Вокруг не было ничего, кроме виноградников и деревьев. Когда он заглушил двигатель, возобновилась идеальная тишина сельской местности, если не считать трелей птиц.
— Где мы? — спросила она, поворачиваясь к нему. — И как мы отсюда куда-нибудь доберемся?
Она не увидела никаких следов тропы, хотя по обе стороны дороги возвышались красивые холмы: слева — гладкие и волнообразные, а справа — светлые известняковые скалы.
Драко одарил ее быстрой улыбкой и выскочил из машины. Он наклонился к заднему сиденью и поднял что-то с пола.
К ужасу Гермионы, метлу.
Она многозначительно на него посмотрела, и его улыбка стала шире.
— Да ладно, ничего страшного не случится.
— Случится. Я не люблю летать.
— Но ты никогда не летала со мной.
— Зато видела, как ты летаешь. Это не обнадеживает. На самом деле, как раз наоборот.
— Это не будет похоже на квиддичный матч, — он покачал головой. — Когда есть пассажир, это совсем другой тип полета.
— Да, то же самое говорил Рон. И Гарри.
— Обещаю быть спокойным и нежным. Никаких резких движений. Знаешь, я брал с собой Асторию, когда она была маленькой.
Гермиона покосилась на него.
— И почему она больше с тобой не летает?
Драко рассмеялся.
— У нее есть своя метла!
— Но я думала, она ненавидит квиддич!
— Ненавидит! Или, по крайней мере, считает его очень скучным. Глупышка. Но вот что я пытаюсь тебе сказать. Полеты — это не квиддич. Не все полеты предполагают прыжки, финты и резкие повороты.
Гермиона почувствовала приступ тошноты только от его слов и тяжело вздохнула.
Его взгляд смягчился.
— Слушай, это единственный способ попасть туда. И я очень хочу показать тебе. Это моя собственность. Знаешь, та, о которой я говорил несколько недель назад.