Она уже купила вкусный сыр, инжирное варенье и багет, и теперь ей нужно было найти что-нибудь почитать. Детективы казались немного «осенним» чтивом, но настроение было как раз подходящим. Ее глаза метались по разделу, пока Гермиона не заметила роман Элизабет Питерс, который еще не читала. «Лето Дракона»? Чуднó, — лениво подумала она. Взяла с полки тонкую книгу и, повернувшись, направилась к кассе — и чуть не столкнулась с… Драко Малфоем? Снова?
Грейнджер поверить не могла, что это опять произошло. Однако именно он сейчас стоял в проходе и смотрел на нее сверху вниз с озадаченным выражением лица. Малфой был одет совсем не так, как тем вечером в пабе. Тогда он олицетворял идеально одетого волшебника в сшитом на заказ костюме. Сегодня же выглядел милым магглом в приталенной рубашке и безупречных летних брюках. Рукава были закатаны — единственная деталь, напоминающая о рекордной жаре на улице. Хотя нет, вот и вторая — на нем были кеды.
Годрик, но закатанные рукава и оголенные предплечья были ее фетишем… Возможно ли, что Драко выглядел еще прекрасней как маггл, чем как волшебник? Интересная внутренняя дискуссия для другого раза, Гермиона. Теперь пора перестать пялиться и что-то сказать. Она перевела на него взгляд и спросила:
— Что ты здесь делаешь?
Мило, Грейнджер, просто прелестно, а главное — так спокойно.
— Я видел, как ты зашла, — ответил он с загадочным видом.
— Ну я… Как ты знаешь, сегодня очень жарко, поэтому мне нужна книга.
Ее совершенно сбила с толку мысль, что Малфой последовал за ней. А еще… Ну почему он должен всегда быть таким идеальным? Гермиона была уверена, что сама выглядела потной и растрепанной. Ее подвернутые шорты и блузка, которые еще утром казались милыми и подходящими для погоды, теперь ощущались такими неряшливыми.
— Понимаю, для меня тоже самое важное в жару — это почитать, — в уголках его губ заиграла тень улыбки.
— Я имела в виду, что пойду в парк посидеть под тенистым деревом и переждать жару, — попыталась внести ясность Гермиона. — И мне понадобится книга, чтобы скоротать часы, которые я планирую там провести. Поэтому я и покупаю книгу.
— Замечательная идея, одобряю, — протянул Драко, лениво скользя взглядом по ее лицу.
— А ты что делаешь, чтобы… согнать вялость? — спросила она, сглотнув. О Мерлин, это звучало как отсылка к мастурбации. — Аппарируешь в ледяной дом?
Твою ж… Ей пора заткнуться.
Он пронзительно посмотрел ей в глаза.
— О нет, я думал купить книгу и устроить пикник в парке.
Глаза Малфоя были самого необычного серебристо-серого оттенка, должно быть, рецессивные гены, как и его платиновые волосы… Гермиона на мгновение замолчала, размышляя над этим, пока он выжидательно смотрел на нее.
Грейнджер вздрогнула. Он что, хотел присоединиться? Да быть не может! Но прозвучало так, будто он напрашивался на приглашение. Разум запаниковал. Что все это значит? Неужели Драко хотел пойти с ней? Иначе зачем ему об этом шутить?! Но о чем они будут говорить весь день? Как долго она уже молчит? Она ведет себя невежливо?
— Хочешь составить мне компанию? — наконец выпалила Гермиона. — Было бы глупо просто сидеть… под разными деревьями.
Ее язык снова опережал мозг. Раньше в разговоре с ним она довольно быстро и остроумно реагировала. Что этот гаденыш сделал с ее мысленно-речевой деятельностью?
— Я уж думал, ты никогда не спросишь, — Малфой одарил ее ослепительной улыбкой.
Она нашла в себе силы отойти от него и заплатить за книгу. И не успела опомниться, как они уже покидали волшебный Лондон.
— Так куда мы идем? — спросил он. — Гайд? Сент-Джеймс? Грин?
— Восхитительное знание близлежащих маггловских парков, — Гермиона бросила на него удивленный взгляд. Находясь не так близко к нему, она, казалось, снова могла использовать свой мозг. — Мне нравится Грин-Парк в такие дни. Просторный и не такой людный, и деревьев там больше.
Их неспешная прогулка — было слишком жарко, чтобы двигаться быстро — дала Гермионе шанс полностью восстановить внутреннее равновесие, хотя идти рядом с ним, глядя на его прекрасный профиль, было опьяняюще приятно. Она упрекнула себя за мелочность, но не могла отрицать, что такая близость к высокому красивому мужчине заводила ее. Какой-то маленькой, регрессивной части ее мозга нравилось, что люди могли подумать, что они пара. А вот это уже тревожно. Позже ей придется проанализировать свои феминистские чувства.