Зануда хочет что-то сказать, но Школьница отличница быстро перебивает его и, глядя в сторону учителя, выпаливает:
А вдруг - эволюция может идти в обратную сторону? Из каких-то многоклеточных появились одноклеточные и несут в себе ненужную им сейчас информацию о предках - то есть потомках...
Терпеливый учитель неодобрительно покачивает головой
Школьник - оппортунист впервые проявляет интерес и иронично вставляет:
Тогда все та информация о будущем, что мы находим в предках - это просто результат того, что какой-то человек превратился в одноклеточное, пройдя по дороге назад всю эволюцию. Так что у нас две теории - одна обычная эволюция Дарвина и потом Дарвин наоборот - чтобы замести следы!
Школьница отличница (испугано)
Нет-нет! Я хотела сказать, что, возможно, все те приспособления для многоклеточной жизни, что обнаружили у одноклеточных, служили совсем другой цели у одноклеточных- тоже очень полезной.
Терпеливый учитель продолжает механически кивать.
Это очень правдоподобно!
Школьник философ (неожиданно вмешивается)
Я вот попал на ваш урок и удивляюсь - ведь в моем классе лингвистики мы обсуждаем сходные проблемы. В мире есть масса языков. У каждого свой ДНК - звуки или фонемы. У каждого свое функциональное устройство - грамматика. У каждого своя история эволюции. Мутации, переход к следующему поколению, принятие генов из похожих видов. Виды, Семейства и т.д. Эволюция грамматики. Мы тоже задаем вопрос - а был ли единый предок у всех языков? И если был - то что его заставляло меняться? И при этом оставаться цельным языком?
Зануда (с любопытством):
И что же вы обнаружили?
Философ:
Мы думаем, что когда-то был единый язык (10). Количество фонем или генов меняется от языка к языку. У племени Бушменов их 200, а вот в Английском всего 46. Чем ближе к Африке - тем больше фонем. Исходный много-фонетичный язык возник около 100 тысяч лет назад в Африке. Чем больше популяция - тем меньше изменений. Чем меньше - тем быстрее она меняется. Разница в этих фонемах соответствует миграции человека из Африки по всему миру также подчиняясь тем же законам что и настоящие гены. Получается, что усложнение языка происходит одновременно с уменьшением фонем или генов. Чем дальше от источника - тем меньше разнообразия генов. Это очень похоже на закономерность в разнообразии генов человека. Чем дальше от Африканского источника - тем меньше разнообразия в разнообразии - и каждое следующее ответвление все больше отличается от другой ветви. Но обратим внимание - ничего нового практически не добавляется к первоисточнику - а наоборот, происходит уменьшение строительных блоков. Зато эти блоки используются каждый раз по-другому.
Школьница отличница:
Получается, что при эволюции языка мы не приобретаем, а скорее теряет гены языка. А как же так получается, что каждая модификация или диалект - это абсолютно цельный язык co своими правилами и богатством? Это, как если бы кто-то терпеливо строил домики из кубиков, а потом соседский мальчик хулиган подходил, выбрасывал, не глядя какие-то кубики, затем их слегка перемешивал - и возникали новые дома или даже дворцы? Можешь объяснить?
Терпеливый учитель (не дожидаясь ответа):
Не надо путать нас неправильными аналогиями. В процессе любой эволюции организмы усложняются. Так что фонемы фонемами, а гены - генами.
Гугольщица не выдерживает и зачитывает:
У микроскопического речного рачка дафнии оказалось больше генов, чем у любого другого животного из тех, чьи геномы уже расшифрованы (11). Дафнии относятся к планктонным организмам и обитают в пресноводных водоемах. В зависимости от условий дафнии могут размножаться половым или бесполым путем, регулируя при этом пол своих потомков - либо это будут только самки, либо только самцы. В геноме D. pulex содержится как минимум 30,9 тысячи генов - для сравнения, в геноме человека насчитывается около 23-25 тысяч генов. D. pulex содержит зачастую неработающие гены - их содержание в геноме рачков также примерно втрое больше, чем в ДНК других организмов.
Зануда (с любопытством):
Так получается, что у наших предков было не меньше генетического багажа, чем у нас?
Школьник оппортунист поднимает руку и, не дожидаясь разрешения встает и начинает говорить:
Я не хотел бы спорить с теорией эволюции Дарвина! Напротив - я хочу использовать все ее аргументацию для анализа одного мысленного эксперимента. Мы все знаем, что масштабы времени -это довольно субъективная вещь. У мошки, проходящей всю свою жизнь за один день, скорость процессов и восприятие времени сильно отличается от нашего. Представим себе, что развитие живого организма от эмбриона - до его взросления является предметом изучения некой внеземной цивилизации. То, что для нас 1 секунда - для них миллион лет. То, что для нас 1 миллиметр - для них тысячи километров. В руки пришельцев попал лишь один экземпляр homo sapiens (как и у нас только одна планета с жизнью). За одну секунду человеческой жизни они воспринимают его как скопление всевозможных животных и растений, раскиданных на огромные расстояния друг от друга (эквивалентно разному типы клеток, тканей и органов). Они видят множественное разнообразие и, как полагается настоящим ученым, пытаются построить теорию. Но, вначале, они занимаются классификацией и обнаруживают, что животные одного вида живут, как правило, вместе. Есть рыбо-образные существа ( эритроциты), которые мигрируют в реках (кровеносных сосудах) по всей планете. Они переносят пищу (кислород) другим существам, показывая восхитительные примеры факты симбиоза. Но рядом с ними в этих же реках свирепствуют хищники (макрофаги и лимфоциты), которые агрессивно нападают на мирно пасущихся зверей (микробов), которые хоть немножко отличаются своим генетическим кодом от туземцев. Правда, существуют чужаки, которых почему-то oни не трогают. На планете соседствуют примитивные растительные создания (волосы) и сложнейшие существа (нейроны), которые, собравшись в биллионных колониях, живут вместе, никого не подпуская близко, и общаются между собой при помощи сложного языка, который явно свидетельствует об их разуме и разнообразной культуре.