Габриэль вернулся в свою холодную и пустую квартиру. Перебирая вещи, взгляд его случайно оказался на старой пыльной книге, брошенной в углу. Сколько не разглядывая, он не мог вспомнить, чья она и откуда. Необычно было то, что в ней лежало несколько закладок, которых сам Габриэль не оставлял в книгах. На отмеченных страницах он не нашел ничего примечательного, только в конце лежала потрепанная маленькая фотография.
Это была Элен. Ее лицо было удивительно выразительным — тонкие брови, острый подбородок, рыжеватые волосы и печальные голубовато-серые глаза, в которых заметна тоска, смешанная с усталостью. Элен ходила в длинных приталенных платьях, чаще с короткими лямками и длинными теплыми кофтами. О чем она думала, было всегда для него загадкой. Вещи, письма, книги, проигрыватель с классической музыкой, которую она слушала — все осталось здесь нетронутым. Элен не любила новые изобретения, поэтому всегда было чувство, словно она пришла из другого времени. Габриэль вспомнил, что часто видел эту книгу у нее в руках, особенно в последний раз. Ее глаза были опухшие от слез, но сейчас он бы все променял, лишь бы еще раз поймать тот взгляд. Вернуть то время.
Этот вечер был особенно долгим. Казалось, что часы в углу почернели и стрелка медленно тянулась по кругу. Габриэль взял с собой эту фотографию и положил в свою записную книжку, которая имела свойство не заканчиваться. На глаза ему попались отчеты об исследованиях, любезно отданные профессором. Закурив сигарету, он принялся досконально изучать их.
В голове Габриэля пролетели дни, проведенные в лаборатории. Исследования и эксперименты профессора Зойтмана тогда не были никому известны. Они и сейчас скорее всего засекречены.
Тлеет дым от сигарет. На улице подул холодный ветер из открытого балкона. Габриэль смотрел на этот город, погруженный во мрак и понял, что здесь ему уже нечего делать. Ему не страшно уходить, даже если он идет на смерть.
Когда-то ночь помогала забыться. Всегда была надежда, что сон заберет печаль, которая засела в его сердце. Тьма словно пожирала воздух, а глухие капли дождя разбивались о мрак.
“Мне снился океан. Огромный, он уходил в густую пустоту, устремляясь в бесконечность. Его течение было теплым, словно я вернулся в свой давний утерянный дом. Я слышал легкое дыхание, дуновение ветра, словно пение матери. Почувствовал эфемерность жизни, грань между светом и тьмой.
Создание. Это было нечто теплое, по форме напоминающее сферу. Оно расширялось и сжималось. Существо становилось все ярче и ярче, пока вспышка света не озарила все вокруг. В конце концов, оно разлетелось на бесконечное множество осколков, каждый из которых был заряжен колоссальной энергией и потенциалом. Вокруг все распалось на множество цветов, которые переливались и становились различными формами. Видение охватило пространство, а в душе стало так тепло и хорошо. Этот свет смотрел прямо вглубь, внутрь меня, словно я и сам был частью его.
Казалось, это длилось вечность.”
Померкли огни города, наступило утро. Габриэль проснулся и почувствовал впервые за долгое время необычные эмоции, однако никак не мог вспомнить, что же ему приснилось. Было странное чувство дежавю. Он посмотрел в зеркало и не мог узнать себя — настолько изменилось лицо за последнее время.
Соленсайд встал, позавтракал и стал собирать свои вещи. Из еды взял консервы, таблетки и лекарства, несколько пачек сигарет и зажигалку, хотя особого смысла что-либо брать с собой не видел. Собрав сумку, он накинул куртку и посмотрел на сонный город, только просыпающийся от восходящего солнца. Было свежо после дождя, на траве лежала утренняя роса. Габриэль вышел из дома и подумал, что, возможно, в последний раз видит это место. Докурив последнюю сигарету, он мысленно попрощался со всем, оставляя мокрые следы на пути.
Профессор Зойтман уже ждал его в своей комнате. Рядом с ним стоял еще один неизвестный человек, который был одет в синюю форму.
— Это мой помощник — офицер Элам Спендер.
Слегка продолговатое лицо выглядело болезненным и вялым, но при этом очень серьезным и словно отстраненным.
— Мы все предусмотрели, — сказал Спендер хрипловатым голос и показал на рюкзак, который выглядел не сильно большим, — здесь собраны все необходимые на наш взгляд вещи. Максимальные запасы еды и вещи первой необходимости. Также гидрокостюм и приспособления, которые помогут избежать пагубного воздействия температур, кислородный шлем, на всякий случай. Палатка, спальный мешок и небольшая лодка. Мы позаботились о самых хороших лекарствах, в том числе препаратах, восстанавливающих органы и кожу, ускоряющие регенерацию. И, конечно, приготовили самое новейшее оружие.
Габриэль взял рюкзак в руки и не почувствовал тяжести. “Очень вместительный, оказывается”. Невозможно было подумать, что в нем находится столько всего.
— Вот также все доступные средства для исследования. Во-первых, ты должен составлять полный и подробный отчет об увиденном и услышанном. Желательно собирать образцы и снимки. Будешь посылать информацию на это устройство, — профессор дал ему небольшой передатчик. — Во-вторых, постарайся не потерять с нами связь. Продержись настолько, насколько это возможно, ведь человек имеет свойство выкручиваться в экстренных ситуациях. Следи за своим здоровьем, питанием, сном и психологическим состоянием. Если ты вернешься, а я на это очень надеюсь, ты внесешь огромный вклад. Потом поймешь, как устроен Универсалум.
Затем взгляд профессора изменился. В нем появилось что-то отцовское.
— Я понимаю твою боль. Но я не просто так выбрал именно тебя. Я чувствую и совершенно уверен, что ты способен это сделать. Совершить революцию в нашем представлении.
Они обнялись на прощание и Габриэль открыл дверь.
— Пусть удача сопутствует тебе.