То, что Стефос Астер выглядит почти как обычный человек и занимается преподаванием в университете, было громадным нонсенсом.
— Давай, посмотрим правде в глаза? — преподаватель земляной кафедры отвернулся к окну, не желая видеть жалость на лице сестры, глубоко вздохнул и оперся руками на подоконник, — Если бы «Фонтан Фортуны» не выдал ему моё имя, то он бы даже не посмотрел в мою сторону, — Астер проследил взглядом танец мелких снежинок в свете уличного фонаря, — он ведь меня даже толком не знает — видел-то всего несколько раз…
— Вспомни, что говорил Архивариус, — Сиринга подошла к брату, встала рядом, оперевшись бедром о подоконник, и обняла себя руками, будто пытаясь согреть, несмотря на то, что шубу она так и не сняла. — Случайности не случайны. «Фонтан» никогда не врёт и никогда ничего не выдает просто так, тем более спутника.
Астер молча грустно усмехнулся, возвращая на плечи свою накидку, чтобы тяжёлая ткань снова прижала топорщащиеся изуродованные крылья к спине.
Некоторое время они с сестрой без слов, разглядывали падающий на полупрозрачную крышу ботанического сада первый снег.
— Что будешь делать дальше? — тихо прервала молчание фея.
— Я узнал, что можно сделать операцию. Не очень долгую, но довольно сложную, муторную и болезненную, — землевик все так же смотрел на улицу, будто искал за окном смысл жизни, но выглядел уже более уверенным в своих силах. — Конечно, такими как раньше крылья уже не будут, но летать я все-таки смогу, пусть и не так быстро. Тогда и приеду. Ты знаешь мой характер — иначе не получится.
— Доцент Астер, спасите!
Дверь кабинета, резко распахнувшись, ударилась о стену. На пороге стоял запыхавшийся и испуганный до зеленоватой бледности студент.
— Водники, которые были сегодня на поливе, заморозили кровавики! Целую посадку! — парень провыл последние слова не хуже оборотня в ясную лунную ночь, неловко откланялся и поспешно убежал обратно. То, что можно было вызвать преподавателя посланником-элементалем, взбудораженному студенту даже в голову от волнения, видимо, не пришло.
— Мне пора, — землевик проверил хорошо ли застегнуты фибулы на плечах и чуть приоткрыл окно.
— Удачи, мой дорогой цветочек, — мягко приобняла брата на прощание Сиринга.
— Спасибо, сестренка, — Астер открыл портал и шагнул в ботанический сад.
Его сестра, хмурясь, сняла шубу, превратив ее в маленький меховой комок, который спрятала в карман длинного фиолетового платья, расправила большие красивые полупрозрачные с необычным рисунком крылья, и уменьшившись до размеров обычной феи, вылетела в щель приоткрытого окна.
Саэллат коротко выдохнул, вылез из шкафа, аккуратно поставил на пол книгу, которая тут же сбежала от него под стол, и поспешно выскользнул из чужого кабинета, с хлопком закрывая за собой дверь.
Чёрт с ней, со смесью! Потом как-нибудь зайдет, если очень надо будет… Но к таким открытиям его жизнь сегодня не готовила…
— Подсматривать не хорошо, но иногда очень полезно, не правда ли? — откуда-то справа раздался тонкий голос, в котором вызывающая насмешка смешалась с заметной угрозой.
Кайлен отпрянул назад, врезаясь спиной в только что закрытую дверь. Сказать ему, честно говоря, было нечего, кроме тихого на выдохе: «Простите. Я не специально. Я сохраню это в секрете.»
Сиринга, несмотря на крошечный размер, вид имела крайне воинственный, и огневик ни на секунду не сомневался, что маленькая фея в случае чего может навалять ему по первое число. Сестра Астера подлетела к лицу Кайлена, неосознанно задержавшего дыхание, и на мгновение пристально всмотрелась в его глаза, как будто читала мысли или видела что-то свое, потом легко и коротко усмехнулась, вполне доброжелательно посоветовала: «Будь осторожен», и исчезла в вихре искр.
~~~
Кайлен, неожиданно сильно измотанный посетителями, уже почти заснул, когда почувствовал как за его спиной прогнулась больничная койка, а к его шее прижались лбом. Когда Шариз хотел, он умел неслышно подкрадываться, как истинный дроу.
— Прошу, не двигайся, — прошептал полуэльф, а потом тихо неожиданно заговорил. Он осторожно начал рассказывать о своем детстве, друзьях, о каких-то глупостях, о чем-то крайне глубоком и важном для него.
Саэллат даже дышать старался тише, несмотря на почти болезненно колотящееся сердце, боясь спугнуть эту неожиданную откровенность.
Он просто слушал, давая возможность Ширазу говорить все, что тот хотел и мог сказать.
========== Kismet ==========
Иногда случайности при первом знакомстве предопределяют дальнейшие отношения даже против воли вовлеченных в них.
Давным-давно…
В расширенном волшебством кабинете творился на первый взгляд первозданный хаос, который только со второго взгляда, если, конечно, кто-то успевал не растеряться и присмотреться, выглядел как хорошо структурированный лабиринт среди забитых всякой всячиной шкафов, возвышавшихся до потолка стопок книг, свитков, скрижалей и рукописей, странных статуй и предметов с неясным предназначением.
По помещению без остановки перемещались разные интересные миниатюрные животные. Все это великолепие освещалось потолком, напрямую проецирующим происходящее на небе в данный момент. В темное же время суток здесь стайками сновали огоньки, похожие на ярких светлячков, а если хорошо попросить, то они могли бы даже осветить то, что было нужно посетителю. Особо впечатлительные поговаривали, что этот кабинет охранялся какими-то невероятными тварями, а его хозяин знает такие жуткие заклинания, что лучше его лишний раз не злить.
Страшных заклинаний хозяин кабинета знал даже слишком много, как ни как — представитель джиннов — одних из самых суровых и сильных волшебных созданий. В остальном проректор Университета Междумирья был справедливым и довольно добрым высоким молодым мужчиной с обаятельной улыбкой и любовью к маленьким волшебным представителям животного мира, которых он постоянно таскал в свой кабинет из разных миров, где частенько бывал по ректорским поручениям.
Джинн сидел в массивном кресле гномьей работы за широким столом, заваленным бумагами, и просматривал списки с заявлениями на поступление, когда дверь в его кабинет распахнулась порывом ветра, который взметнул к потолку несколько стопок с древними рукописями на пути и, исчезая, донес до проректора визгливый голос начальства.
— Наджим, будь милой зайкой, приведи нового главврача на сегодняшнее собрание, а то он заблудится!
Джинн поморщился, восстанавливая взмахом руки нужный ему порядок в кабинете. Он терпеть не мог фамильярность ректора, но тот был гениальнейшим волшебником, пусть и с легкой сумасшедшинкой, которая совсем не мешала ему хорошо управлять учебным заведением.
Проректор поднялся с кресла, вызвал песочного элементаля, проговорил ему послание, адресованное заместителю, сдул с ладони магическое создание восвояси, открыл портал и шагнул к высоким дверям Лазарета.
Кабинет главврача находился внутри университетской больницы, а не отдельно, как у всех остальных. В самом же Лазарете чаще всего было тихо, как в библиотеке. Наджим никогда не понимал, как так получается, ведь работой врачи были всегда загружены по самую маковку: то кого-то расщепит при перемещении, то зельем каким обольются, то застрянут в какой-нибудь ипостаси, то случайно сломают, оторвут или потянут чего. Проректора всегда поражало, как во многих хлипких на вид телах вообще держится жизнь!
Он прошел по длинному коридору к скромным, отличающимся только цветом дверям в кабинет главврача и осторожно постучался. Но ему, как ни странно, никто не ответил, хотя он чувствовал присутствие подчиненного внутри. Наджим нахально шагнул сквозь створки, не желая переминаться на пороге будто нашкодивший школьник.