В условиях современной экономики с ее жесткой конкуренцией и быстрыми переменами у нас зачастую не хватает времени обдумать происходящее и подвергнуть каждую ситуацию такому внимательному и всестороннему рассмотрению, как она того заслуживает и как нам самим хотелось бы.
Но тем не менее я повторюсь, что поверхностного знания недостаточно. Кроме того, человек, который пробует подменять конкретные и притом глубокие знания разными трюками, фокусами и штучками, обычно очень скоро обнаруживает, что вся его блажь бумерангом возвращается к нему, — оказывается, он ходит по кругу и опять сталкивается с тем же, от чего старался уйти с помощью своих проделок.
Такие попытки напоминают действия одного австралийского охотника, который обзавелся новым бумерангом. После этого он потратил всю оставшуюся жизнь на попытки выбросить старый.
Мне очень жаль всех, кто думает, будто можно заменить фундаментальные знания волевым напряжением, сильной индивидуальностью или любым другим психологическим качеством.
Да, давайте навсегда запомним весьма разумный совет Уилла Роджерса: если мы хотим преуспеть, надо сначала хорошо знать то, что мы делаем.
Но одного знания, сколь бы важным оно ни было, недостаточно, чтобы обеспечить успех. Нам часто доводится слышать, как кто-то говорит нечто вроде: «Человек, который всего лишь хорошо осведомлен, - это самый бесполезный зануда на земле».
А как звучит очередное заявление Уилла Роджерса, теперь уже на сей счет?
Надо не только знать то, что вы делаете, но и любить то, что вы делаете.
Ради чего мы работаем? Мы любим нашу работу или же работаем только лишь за деньги? Если исключительно за деньги, то нам недоплачивают, причем независимо оттого, что мы делаем и сколько за это по-
407
тучаем; кроме того, в этом случае нам предстоит до конца дней заниматься только одним — работать и работать.
Всем приятно общаться с оптимистом. А если мы любим то, что делаем, то просто обречены быть оптимистами.
Ничто не обременяет нашу психику больше, чем необходимость пребывания в обществе пессимиста — человека, который вечно ругает и критикует других. Нам всем хорошо знаком этот тип людей. Такой человек всегда недоволен, и в голове у него отрицательное сальдо. Он представляет собой комиссию по рассмотрению жалоб и обид в составе одного человека, но зато постоянно действующую. Он критикует всех и каждого. Спросите у него, как идет бизнес, и он ответит: «Знаешь, я сделал вроде неплохую продажу в понедельник. Во вторник ничего не смог сбыть. В среду сделка, о которой я договорился в понедельник, с треском проваливалась, — так что, судя по всему, самым лучшим днем у меня был вторник».
Недавно я отправился в Бостон на большой съезд. По истечении двух дней меня, к моему изумлению, выселили из отеля. А я-то думал, что номер был зарезервирован на три дня.
Когда я спускался на лифте, он остановился на седьмом этаже, но никто не вошел. Я был раздражен, спешил в надежде успеть на утренний самолет и потому произнес не очень-то любезно: «Заходите же!»
Никого.
Тогда я снова сказал то же самое, но на сей раз более твердо: «Давайте-ка заходите, а свое маленькое шоу устроите уже в кабине, по дороге».
Никого.
Наконец, я почти рявкнул: «Да заходите же — и поехали. А то я сейчас нажимаю кнопку “ход” — и до свидания».
В этот момент в кабину неуверенно шагнул весьма элегантный мужчина с белой тростью — совершенно слепой. Он осторожно нащупывая дорогу перед собой.
Я почувствовал себя просто кошмарно — хоть ты провачнсь сквозь пол и лети до самого дна шах ты. Но надо было что-нибудь сказать, так что я прочистил горло, откашлялся и пробормотал: «Извините, как ваше самочувствие?»
Он улыбнулся и ответил: «Благодарю, друг мой, благодарю».
Я не мог выдавить из себя ни словечка — до того обалдел и растерялся. Всякое нетерпение или беспокойство, которое я испытывал незадолго до этого, исчезло без следа.
Рядом со мной стоял человек, которой благодарил и благословлял окружавшую его тьму, в то время как я проклинал свет. Теперь меня куда меньше заботило, успею ли я на тот ранний самолет, в котором секунд назад видел чуть ли не смысл жизни. Я поймал себя на .мысли о том, что сегодня вечером в своих молитвах, обращенных к Всевышнему, буду просить Его, чтобы никогда не наступил день, когда я стану видеть так же как этот человек.
Фактически если мы, просыпаясь, каждое утро не обнаруживаем своих фамилий в газетной колонке некрологов, то уже должны быть тщ благодарны Господу, что этого счастья нам должно хватить на весь день.