Один видный бизнесмен утверждает, что небрежность, неаккуратность и неумелость работников ежедневно стоят городу Чикаго миллион долларов. Менеджер большого торгового дома из того же города говорит, что должен расставлять по своему заведению разных контролеров, задача которых — нейтрализовать отрицательные последствия привычки многих работников грешить все той же небрежностью и делать свое дело вполсилы. Один из партнеров Джона Уонамейкера заявляет, что абсолютно необязательные, но от этого ничуть не менее грубые ошибки и неразбериха по вине служащих обходятся их фирме не менее двадцати пяти тысяч долларов в год. Отдел вашингтонского почтамта, где собираются невостребованные письма, получает за год семь миллионов корреспонденций, которые не удалось доставить. Из них больше восьмидесяти тысяч писем вообще не имеют никакого адреса. А ведь очень многие из них были посланы коммерческими учреждениями. Неужели клерки, ответственные за эту вопиющую небрежность, рассчитывают добиться продвижения по службе?
Многие служащие, которые были бы в шоке от одной мысли о возможности солгать своему работодателю, л пт ему каждый день качеством своей работы, недобросовестным обслуживанием, часами ничегонеделания, уклонением от работы, наконец, полным безразличием к интересам своего хозяина. А ведь выражать обман такими средствами, как некачествен работа и увиливание от нее, столь же нечестно, как и выражать
словами. >1 знал, к примеру , немало рассыльных, которые не могли
бы сказать своему начальнику прямую ложь, но зато им ничего не cto^ украсть время, когда их отправили с поручением, или в рабочие часы спрятаться куда-нибудь подальше и выкурить сигаретку или вздремну* Человек, который плохо выполняет свою работу', который обманы^ ет в товарах, продаваемых или производимых им, нечестен с самим ад. бой так же, как и с другими людьми, и должен заплатить за это цену ^ лишиться самоуважения, потерять чувство собственного достоинств утратить положение в сообществе.
Тем не менее, куда ни глянь, повсюду мы видим самые разные ры и продукты, которые владельцы вынуждены не столько продавать сколько отдавать почти задаром, потому что изготовитель не вложил в них ни капли добросовестности, трудолюбия или мысли. Предметы одежды, которые вроде бы выглядят элегантными и привлекательными когда их надевают в первый раз, очень быстро теряют форму, обвисаюгн превращаются в старое и поношенное тряпье. Кнопки и пуговицы на нщ отлетают, швы расходятся при малейшем движении, пропущенные стежки видны повсюду невооруженным глазом, и нередко все изделие буквально разваливается на части прежде, чем его наденут хотя бы несколько раз.
Куда ни глянь, мы видим мебель, которая выглядит вроде бы нормально, но в действительности полна изъянов и дефектов. Многие соединения держатся на клею там, где его не должно быть; стулья и крот ломаются по малейшем}' поводу; колесики, которыми снабжены ножки отваливаются; то же самое происходит с ручками; многие вещи могдтв любую минуту рассыпаться на детали, хотя, по сути дела, являются практически новыми.
Табличка с надписью «Сделано на продаж}', а не для использования» подошла бы для фабричных изделий, продаваемых сегодня на наиш рынках.
Трудно найти что-нибудь такое, что сделано хорошо и честно, на чем лежит отпечаток твердой натуры, индивидуальност и и старания. Многие вещи сделаны кое-как. Такое небрежное, нечест ное производство стаю настолько повсеместным, что уважительное отношение, которое вызывают изделия, сделанные качественно и на совест ь, част о завоевывает им всемирную репутацию и предопределяет их весьма высокую стоимость
Нет другой такой рекламы, как хорошая репутация. Некоторые из самых крупных мировых производителей расценивают собственное рено-.ме как самое лпягопеннор чосхояии*» и ии мп» /йГмтпцтельгтвахнЕ
дозволяют, чтобы под их фирменной маркой выходили несовершенные изделия. Часто за право использования такого имени платятся несмет-кые суммы, поскольку оно пользуется прекрасной репутацией благодаря низменной порядочности, честности и справедливому обхождению с клиентами.
Было время, когда фамилии Томпиона240 и Грэхема241 на часах и точнейших хронометрах являлись гарантией самого изысканного мастерства, тонкой, затейливой работы и не подлежащей сомнению порядочности. Люди со всех уголков планеты могли смело посылать им свои деньги для покупки любых приборов измерения времени и заказывать изделия у этих мастеров, ни секунды не сомневаясь, что с ними обойдутся по-честному.