Эго был один из самых ужасных случаев в жизни Линкольна. Он стал хтя будущего президента бесценным уроком мастерства в искусстве общения с людьми. Линкольн больше не написал ни единого оскорбительного письма. Он больше никогда и никого не высмеивал. Да и вообще с тех пор он почти никого и ни при каких обстоятельствах не критиковал.
Время шло, и в период Гражданской войны Линкольну приходилось несколько раз назначать на пост командующего армией Потомака264 нового генерала. Все они: Макклеллан, Поуп, Бернсайд, Хукер, Мид — один за другим допускали трагические промахи, заставляя Линкольна в отчаянии мерить шагами кабинет, по которому он расхаживал в поисках решения. Половина страны беспощадно осуждала бездарных генералов, но Линкольн сохранял спокойствие «без злобы к кому-либо и с милосердием ко всем»265. Одной из его любимых цитат было изречение: «Не судите, да не судимы будете»266. И даже когда миссис Линкольн или кто-либо другой резко отзывались о южанах, Линкольн говорил: «Не критикуйте их, ведь в аналогичных обстоятельствах мы были бы точно такими же».
Тем не менее, если кто-нибудь и имел достаточно поводов для критики, то это был Линкольн. Приведем только один пример.
Битва при Геттисберге продолжалась в течение первых трех дней ию-Дя 1863 года. Ночью 4 июля терпевший поражение генерал южан Ли начал отслушать на юг, и как раз в это время iрозовые туши разразились Дивнем, затопившим всю округу. Выйдя со своей разбитой армией к Потомаку, Ли обнаружил впереди разлившуюся от дождя реку, которую невозможно было преодолеть. Это была ловушка. Из нее нельзя было вы-
браться, и Линкольн это понял. Перед северянами открывалась ниспосланная самим небом сверхблагоприятная возможность — взять в плен армию Ли и тем самым туг же закончить войну. Окрыленный надеждой, Линкольн приказал генералу Миду, не тратя времени на созыв военного совета, безотлагательно атаковать южан. Свое категоричное распоряжение он передал по телеграфу, а затем направил вслед еще и специального курьера, тоже с требованием незамедлительных действий.
И что же генерал Мид? Он поступил прямо противоположно приказу. Он созвал военный совет. Пребывая в нерешительности, Мид бесконечно тянул и мешкал, посылал по телеграфу всевозможные отговорки. Под любым предлогом он наотрез отказывался атаковать войска генерала Ли. В конце концов вода в реке спала, и Ли вместе со своей армией переправился через Потомак и выбрался из ловушки.
Линкольн был разъярен. «Что это значит?! — кричал он, обращаясь к своему сыну Роберту'. — Великий Боже! Что это значит?! Они находились почти у нас в руках, и достаточно было сделать малейшее усилие и протянуть руки чуть дальше, чтобы покончить с ними. Однако ничто из всего того, что я смог сказать или сделать, не заставило нашу армию сдвинуться с места. При сложившихся обстоятельствах почти любой генерал мог нанести Ли сокрушительное поражение. Если бы я поехал туда, мне бы удалось и самому разгромить его».
В разочаровании Линкольн сел за стол и написал Миду нижеследующее письмо. Читая его, не забывайте, что в тот период жизни он был крайне умерен и сдержан в выражениях. Поэтому данное послание, написанное Линкольном в 1863 году, было равносильно строжайшему выговору.
«Дорогой генерал!
Полагаю, Вы даже не представляете себе масштабов несчастья, обусловленного бе[-ством Ли. Он был почти у нас в руках, и захват его армии, с учетом прочих наших недавних успехов, положил бы конец войне. Теперь же боевые действия продлятся на неопределенное время. Если Вы не решились атаковать Ли в прошлый понедельник, как же Вы сможете сделать это сейчас, ко да он находится к киу от реки, а Вы в состоянии взять с собой лишь весьма небольшую часть не более двух третей — тех сил, которыми располагали тогда? Было бы неблагоразумным надеяться — да я и не надеюсь, — что теперь Вы сможете добиться многого. Вы упустили блестящую возможность, чем и безмерно расстроен».
Что же, на паш взгляд, сделал Мид, прочитав письмо Линкольна?
Мид никогда не увидел этого письма ~ Линкольн его не отправил. Оно было найдено в бумагах президента после его кончины.