Дети, сталкиваясь с кем-то или чем-то незнакомым, не чувствуют себя в безопасности, потому что новое для них абсолютно непредсказуемо. Если ребенку — совсем маленькому или постарше — предстоит встретиться с чем-то новым и подвергнуться воздействию чего-либо неизвестного, родители поступят мудро, подготовив его к этому. Малыш должен знать об этом заранее, и тогда он сможет наслаждаться удовольствием от неожиданного и потому удивительного зрелища, избежав как шока, порождаемого его странностью и непривычностью, так и сопутствующего этому страха.
Даже повзрослев, мы не полностью преодолеваем данный синдром. Хотя с возрастом наша апперцепционная масса, наш накапливаемый жизненный опыт растет, мы все равно продолжаем опасаться неожиданностей и относимся к сюрпризам с настороженностью, подозрительностью. Опыт уменьшает число событий, которые способны по-настоящему удивить нас своей внезапностью и новизной, но тот же опыт может укрепить нашу базовую тревожность, наши основополагающие ощущения того, что жизнь небезопасна и рискованна. По-настоящему неожиданный поворот событий порождает рябь на поверхности того резервуара тревога и беспокойства, который всегда существует в нашем подсознании. Большой сюрприз может стать причиной большого волнения или даже шторма. Наш первый отклик на подобное событие — это всегда нарушение душевного равновесия, волнение, а порой и тревога. Только потом, так сказать, на втором этапе ответной реакции, мы способны в полной мере оценить значение данного события и почувствовать в связи с ним vMriHwmmnnHifi1 и 'Ш \ювотытние._
Тем не менее всем нам нравится новый опыт, новые переживания, и %lbl ищем в жизни что-нибудь свежее и незнакомое. Есть среди нас такие,
^ более предприимчив, другим это качество свойственно в меньшей степени. Большинство из нас не испытывает ни малейшего желания увидеть, какие сюрпризы могут ждать их на вершине Эвереста или в ледяной арктической пустыне. Мы согласны на приключения, но не столь масштабные. Нам нравится новенькое, но в разумных пределах. Главным образом мы все же предпочитаем предсказуемость. А вот люди-то как раз в общем и целом кажутся непредсказуемыми. У некоторых людей страх перед непредсказуемостью, которая возможна в отношениях с другим человеком, оказывается порой очень сильным. В частности, этот страх может быть на-гюлько сильным, что не позволяет им испытать любовь.
Откуда может возникнуть такой страх? Не исключено, что родителям ребенка были присущи чрезмерные колебания настроения и поведения. Или же они могли просто проявлять непоследовательность в своем отношении к ребенку и подавать ему противоречивые сигналы. Всем нам знакома такая картина: родитель не обращает внимания на малыша и занят чем-то своим, скажем, читает газету или разговаривает по телефону, в то время как отпрыск вертится вокруг в поисках какого-либо занятия. В конечном итоге ребенок находит себе дело, но с родительской точки зрения оно совершенно неподходящее — например, помаленьку развинчивает новую лампу для подсветки кофейного столика, — и малыш подвергается атаке разъяренного отца или матери. «Сколько раз тебе велели не прикасаться к таким вещам?! Почему тебе вечно хочется все сломать или разобрать на части?!»
Для маленького ребенка такое поведение представляется непредсказуемым, оно его очень огорчает и выводит из равновесия. Только что ситуация была безмятежной, мать вела себя спокойно или, по крайней мере, безразлично, и ребенку разрешалось бродить, где попало, — его оставили в покое и никак ему не досаждали. И вдруг в следующее мгновение его хватают, на него кричат, возможно, даже нашлепают, и взрослый человек, играющий в его жизни не просто существенную, а определяющую роль, внезапно становится кем-то враждебным и угрожающим. Если такое случается часто, у малыша возникают серьезные основания для того, чтобы на протяжении всей жизни не доверять поведению окружающих его людей. И може т статься, что до конца дней своих этот человек будет всегда чувствовать себя в большей безопасности, имея дело с вещами, чежелн с людьми.
ВЛЮБЛЕННЫЕ ПРЕДСКАЗУЕМЫ
Может показаться, что в отношениях между людьми трудно достичь предсказуемости, но это не означает, будто она вообще невозможна, у каждого из нас имеется, по меньшей мере, один друг, которого мы знаем очень хорошо и потому легко можем в разумных пределах предвидеть его поведение. Все мы готовы взять на себя труд по более глубокому изучению своего работодателя или коллеги по службе, поведение и реакции которых важны для нас, и в результате такого анализа мы можем сказать заранее: «Вряд ли это ему понравится» или «Она посмотрит на это совершенно не так». Разумеется, мы не рассчитываем каждый раз верно предсказывать ответную реакцию нашего босса. Но ведь точно так же мы не ожидаем каждый раз оказаться правыми, прогнозируя поведение фондовой биржи или объем продаж нашей фирмы. На самом деле, наше предсказание — это не более чем предположение или даже догадка, но не просто предположение или догадка, а нечто обдуманное, аргументированное и обоснованное.