Долго оглядываясь в поисках других растений, я с удивлением обнаружила, что вокруг были только ядовитые кусты. Казалось, что кто-то специально высадил их здесь.
Решив, что перестраховка лишней не будет, я сняла с плеч шарф и повязала его так, чтобы можно было набрать ягод. Закончив со сбором и обернув палантин вокруг шеи, чтобы не было заметно узелка с ягодами, я вернулась к работающим мужчинам и сообщила о том, что ничего съедобного в радиусе километра нет. Заходить же глубже не позволил здравый смысл.
- К черту все, поехали, авось эта колымага додребезжит до ближайшего поселка, нихера мы не сделаем с ней здесь, - снова пробурчал Шекс, подзывая к себе лошадей. Те, послушно пошли в сторону хозяина и смиренно ожидали, когда их привяжут. Видимо им повезло больше, и они нашли чем поживится, так как у одной из гнедых все еще шевелились челюсти, пережевывая какую-то вкуснятину.
- ЙААА, - крикнул кучер и мы потихоньку двинулись в путь. Ехать быстро Шекс не решался, надеясь, что при медленном темпе, колесо отвалится с меньшей вероятностью.
Так и случилось. Примерно час спустя мы добрались до поселка, в котором решили остановиться и переночевать, так как уже темнело и лошадям, как и кучеру, был необходим отдых.
В поселке также как и в Вальцисте была таверна, в которой нам выделили комнаты. Вильгельм умудрился заработать, пока мы гостили у Курста, и мог позволить снять нам комнату. Все еще только одну на двоих.
Ужин был скудным, но жаловаться не приходилось, так как ни я, ни принц уже давно ничего не ели.
Комната оказалась клоповником. Во всех смыслах этого слова. Предыдущая таверна на фоне этой казалась пятизвездочным отелем. В помойке, которую по ошибке назвали комнатой, стояла односпальная кровать с торчащей из матраса пружиной, полы были грязными и заляпанными непонятными жидкостями, о природе которых не хотелось даже думать. Душа здесь не было, но признаться, я бы и не рискнула мыться в месте похожем на это. Здоровье дороже.
- Красота, - скептично изрек Вильгельм, широкими шагами преодолевая комнату. Проверив кровать на прочность, он огляделся и заметил шкаф, стоящий у противоположной от входа стены. Попытав удачу, он распахнул дверцы и победно улыбнулся.
На полке лежало несколько шерстяных одеял, которые момент вытащил и принялся стелить на дырявый матрас. Я удивленно дернула бровь.
- Так будет мягче спать, - объяснил он свои действия. – И не смотри на меня так. Я принц, а не тепличное растение. Смекалка - это первое, чему учат будущих королей.
- Тогда тебе королем быть не суждено, потому что смекалка хромает, - вздохнула я и подошла к кровати, убирая одеяла прочь. По постельному белью можно было сделать вывод, что оно относительно свежее, по крайней мере, никаких признаков того, что на нем уже кто-то спал не было. Я сняла простынь и оглядела матрас. Перевернув его на другую сторону, я улыбнулась. Пружин не торчало. Постелив одеяла и заправив простыню я посмотрела на Вильгельма.
- Вот это – смекалка, а то что продемонстрировал ты – топорное выживание, - пальцем указала я на шкаф.
- Туше, - с ухмылкой согласился принц, усаживаясь на край кровати. – Идеи увеличить площадь этой люльки есть?
- Есть. Можешь спать под кроватью. Если будет жестко, периодически выгибай спину в сторону матраса и представляй, что ты на нем, а не под ним, - высказала неплохую мысль я, в ответ на что получила хмурый взгляд.
- Ты меньше меня, под кровать точно влезешь… Я по доброте душевной даже отдам тебе одеяло, чтобы было не так жестко разочаровываться в жизни, как на голом полу, ну что, по рукам? – приподняв бровь поинтересовался парень.
- Вместе так вместе… В тесноте да не в обиде… - пробурчала я, снимая, полный ядовитых ягод шарф и укладываясь на узкую кровать.
В таверне было холодно и грязно, поэтому раздеваться ни у кого желания не было. Я прижалась спиной к животу принца и почувствовала вибрацию, исходящую от его грудной клетки.
- Чего смеешься? – спросила я, зевая.
- Да прикидываю, каким стежком можно сшить шторы из трусиков, - припомнил мне, некогда сказанные ему слова, Вильгельм.
- Петелькой. Желательно вокруг шеи, - прошипела я, подавляя смешок. – Представь, как эпично бы звучало «Наследник Мориганского трона повесился на веревке из женских трусиков, видимо не выдержав того, что один экспонат из его коллекции оказался мужскими трусами».
У него вновь завибрировала грудь, и я улыбнулась.