Жрица замолчала, давая Кардариану возможность осмыслить услышанное.
- Девушка, к которой ты привязался, весь путь рядом быть должна, она особенная, от теней Орхиса защитить тебя сможет. Один из осколков амулета стихий в Кеарне хранится, в городе, погребенном под руинами страны некогда звавшейся Ницекния. Амулет должен быть объединен до следующего многолуния. Это все, что мне удалось увидеть, больше сказать не могу, - с детской непосредственностью жрица потерла воспаленные глаза и приказала графу покинуть башню знаний, а сама, вероятно, отправилась спать.
Всю дорогу до дворца Димселина фейри провел в размышлениях о загадке, которую преподнесло будущее. Парень предусмотрительно записал все сказанное жрицей, ибо, как и все долгоживущие фейри слабо полагался лишь на свою память. Раньше, каждый Хешерк мать дарила ему волшебный пергамент, позволяющий записывать информацию напрямую в память. Но уже больше двух десятков лет граф не получал подобного подарка, как и вообще какого-либо еще.
При мысли о матери сердце Кардариана предательски защемило. Фейка так и не оправилась после потери дочерей во время переворота в их родном гнезде – дворе Смерча. Этот удар был слишком тяжел для нее, в одночасье лишиться детей и мужа, и только Кардариан уцелел благодаря благословению Фортуны – элементаля удачи, которая отправила его в очередную командировку. Вернулся граф к руинам своей прошлой жизни и двора. Король без королевства, монарх без короны, как однажды с горечью сказала ему мать, слова запомнились, так как это было то немногое, что произнесла сломленная женщина после крушения всей ее жизни.
Димселин был воистину удивительным, друг детства Фаяны, узнав, что случилось несчастье, быстро отправил армию обученных бойцов для того, чтобы отстоять то немногое, что осталось от дворца Смерча. Когда Павелия схватили и казнили за столь дерзкий и зверский поступок, Фаяна уже глубоко закрылась в себе и до сих пор не могла выбраться из ловушки собственных страданий.
Граф двора Водоворота взял на себя ответственность за земли Смерча и за Фаяну с сыном, который был не готов занять свое место во главе своего народа.
Рассвет только начал ласкать своими лучами кромки деревьев, проснувшиеся птицы робко чирикали, пытаясь разбудить ненавязчивой песней своих товарищей. Легкая прохлада, тянувшаяся от моря, бодрила, но сегодняшним утром вместо умиротворения, душу реала наполнило зябкое чувство тревоги и неизвестности.
Илирисы, волшебные цветы, меняющие цвет в зависимости от погоды, потемнели, что указывало на скорый дождь. Сегодня Кардариан проведет добрую часть времени в библиотеке, пытаясь разобраться с предсказанием, ничуть не прояснившим картину будущего.
***
Когда я проснулась Вильгельм еще спал. Ресницы момента трепетали в такт дыханию, что выглядело очень мило. Этот парень определенно больше нравился мне спящим. Точеные скулы, будто высеченные на гранитной скульптуре во сне выделялись еще сильнее, чем в жизни. Парень дернулся и перевернулся на бок, лицом ко мне.
Решив не делать ситуацию еще более неловкой, чем она есть на самом деле, я бесшумно выскользнула из постели, переоделась, собрала волосы в небольшой хвост и вышла из своих покоев. Честь объяснять несанкционированное присутствие в женской комнате я решила отдать мужчине.
Несмотря на довольно раннее, для людей время, жизнь в обычно пустом дворце кипела во всей красе. Слуги грациозно скользили друг меж другом и создавали впечатление крови, бежащей по артериям.
Мое присутствие никого не смутило, и я сомневалась, что его даже заметили.
- Доброе утро, Джесва, - бархатным голосом поприветствовал меня Кард, видимо только зашедший во дворец, так как его одежда была покрыта мелкими каплями начинающегося дождя.
Знакомые лица в незнакомой обстановке всегда радовали, а лица друзей вселяли настоящее счастье.
Впрочем реал, судя по всему, не был так рад нашей встрече. Черты его лица заострились, и казалось, что парень чем-то серьезно обеспокоен.
- Кард, что-то случилось? – напрямик задала вопрос я, не любившая юлить в подобных делах.
- Да, нет, не важно, - завуалированно ответил он, снова уплывая куда-то в глубины своих размышлений. – Хотя, как ты смотришь на то, чтобы провести незабываемый день в компании пыли, книг, незнакомых тебе языков и меня?