- Ты вор, - констатировал Кард, внимательно наблюдая за Рэбом.
- Я бы не назвал себя так, - поджал губы он. – И почему ты так решил?
- У тебя есть выходы на черный рынок, ты хорошо знаешь места и направляешься на выставку. Полагаю, что ты вор, - просто ответил реал, вороша угли костра.
- Ну, в общем смысле так и есть, - вздохнул мужчина.
Все в лагере напряглись. Воришка не самая хорошая компания для путешествия, где любая безделушка на вес золота.
- Да успокойтесь вы, если где-то в недрах ваших волшебных сумок не припрятана картина Монсенье или кубок Фермиса, которые, кстати говоря, законом запрещено магически уменьшать, то вы мне не интересны, с профессиональной точки зрения, - ухмыльнулся Рэб.
- А что насчет него? – Магнус веткой указал на Сэгги.
- Как я уже ранее говорил, я купил его на черном рынке, - коротко ответил Рэб. – Прошу прощения, мне нужно удалиться.
С этими словами он покинул свое место и ушел куда-то в лес.
- Сэгги издевались. Его били и топили в бочке с водой. Сэгги не умеет плавать. Его часто показывали людям, чтобы получить деньги. Раз Сэгги почти утонул. Рэб купил Сэгги на все полученные деньги и Сэгги теперь должник Рэб, - криво рассказал свою историю осьминог. В подтверждение своих слов он отодвинул одним из щупалец шерсть, демонстрируя всем мясистый шрам под которым было скрыто еще несколько заживших ранений.
- Какой кошмар, - протянула я, пододвигаясь поближе к существу. Мне захотелось обнять его, но я не знала, как он отреагирует на такое проявление чувств, поэтому просто аккуратно погладила его по месту шрама.
- А как ты оказался в нашем мире? – спросил Вильгельм, также с сочувствием глядя на Сэгги.
- Мой мир был Зернуатар. Сэгги маленький и глупый. Зернуатар полон таких как Сэгги и не похожих на Сэгги. Сэгги жил около Двери. Дверь никогда не была открыта. Но один раз она открылась и Сэгги вошел в нее. Маленький глупый Сэгги. Сэгги попал на мир, который раньше Сэгги не видел. Он пугался и его забрали от Двери. Дверь закрылась, а Сэгги попал на рынок, где долго долго долго Сэгги мучали. Сэгги кормили рыбой. Сэгги ненавидит рыбу. Сэгги любит одуванчики и кору старых деревьев. Сэгги исхудал, но Сэгги спас Рэб. Сэгги должник Рэба.
Рассказ осьминога был грустным, и к тому времени, как Рэб вернулся, его уже никто не воспринимал как угрозу.
- Теперь ваша очередь рассказать о себе ребятки, - Рэб похрустел костшками, приготовившись слушать.
Мы рассказали ему почти все, утаивая лишь стратегически важные факты, в общем Рэб и не требовал полного отчета о нашей деятельности. Больше положенного он не знал. Ни о Туратте, ни о Фейворде, ни о Вильгельме. Пожалуй, в общих чертах мы рассказали ему о медальоне, но он и так знал о силе этого темного артефакта, потому не удивился, что именно он нужен для закрытия портала.
Посиделки у костра стали более конкретными, теперь все могли делиться историями из своих жизней и открыто подшучивать друг над другом.
Этот вечер позволил всем морально отдохнуть.
ГЛАВА 36
Все постепенно разбредались по палаткам, наевшиеся и наговорившиеся от души. Разговорам мало способствовало путешествие по кустам и в узких проходах между деревьями, в то время все предпочитали беречь силы для дороги.
Я осталась сидеть возле костра, пристально смотря на огонь и размышляя о беспокоящих меня загадках. Как бы мне не хотелось сваливать ответственность на друзей, мое сердце не покидало ощущение, что только я смогу понять, что нужно делать.
От мыслей меня отвлек легкий шлепок по плечу. Я оглянулась. Ко мне подсел Вильгельм, протягивая палку с нанизанным на нее зефиром. Несмотря на то, что я часто собирала провизию после ночевок, этой сладости я там не видела.
- Давай пожарим, - подмигнул мне принц, и не дожидаясь ответа поднес свою палочку к огню. Я повторила за ним, и скоро зефир начал покрываться корочкой и потрескивать от увеличивающегося размера.
- Как ты? – тяжело вздохнула я. С момента нашего возвращения на человеческую сторону парень стал более замкнутым, предпочитая проводить больше времени с Магнусом.
- В полном порядке, - улыбнулся он и аккуратно сняв сладость с палки, одним движением засунул в рот.
Я, чуть не прозевав момент падения зефира, тоже быстро схватила его и ойкнула. Было горячо.
- Растяпа, - фыркнул Вильгельм, протягивая мне неизвестно откуда взявшуюся салфетку. Руки были липкими от зефира.
- Спасибо, - пробормотала я, медленно вытирая пальцы. – В последнее время ты какой-то… тихий.
Я пыталась подобрать слова так, чтобы не спугнуть момента, мне казалось, что, если я начну на него наседать, он просто смоется под благовидным предлогом.