- Достать сможешь? – проигнорировал вопрос Вильгельм. - После выставки да, но не за просто так, - сразу же начал набивать себе цену Рэб.
- С ценой разберемся, главное, что сможешь достать, - командным тоном сказал Вильгельм, и мне показалось, что Рэб может заподозрить, что перед ним представитель королевской семьи, однако мужчина только хмыкнул и вернулся в самое начало нашего неровного строя.
- С чего ты взял, что он знает, что это такое? – удивился Кард. Я мысленно загордилась моментом, реала непросто удивить.
- Долгая история. Хопрус это артефакт. Парный. Вечером расскажу, нам стоит идти вперед, вокруг слишком темно, - напрягся Вильгельм, и мы двинулись вперед. Кард красноречиво посмотрел на мою руку, которая все также была в цепкой хватке момента и о которой я совершенно забыла. Я покраснела и отцепила свою конечность от парня, бодро шагая вперед.
*** Мгновение, в которое мы попали в бермолетов лес пропустить было сложно. По его окраине проходила полоса, разделяющая все на жуткое и очень жуткое, я бы, наверное, провела параллель между живым и мертвым, но в бермолетовом лесу росли деревья, травы и кусты. Очень много кустов.
- С этой секунды следите за каждым миллиметром своего тела. За каждым шагом и полукивком. Если на вас попадет капля яда, приятного вы испытаете очень мало, - неожиданно твердо сообщил Рэб, надевая на себя защитные очки.
- А Сэгги? – спросила было я, переживая, что осьминог пойдет туда без какой-либо защиты.
- В прошлый раз, проходя здесь, оказалось, что он не чувствителен ко всем ядам и прочим гадостям этой части леса, - ответил Рэб, еще раз проверяя крепление перчаток.
Не будь дурой, я повторила за ним, критически осмотрев себя на наличие открытых участков кожи.
Перчатки, которые создал Кард, были как вторая кожа, однако все равно мешали мне. Я никогда не любила такого рода аксессуары, и даже зимой, до самого холодного дня сопротивлялась их носить.
- Пошли, - коротко сказал Кард, и, затаив дыхание, мы все пересекли опасную черту.
***
В бермолетовом лесу и правда было много растений с шипами. Уворачиваться от веток было непросто, но еще сложнее было обходить частые кусты, с листьев которых на землю падал ядовитый сок.
- Цвертовы змеи, - бормотала Ирвин, огорченная тем, что это место почему-то не выжгли.
- Не переживай, если ты уколешься, я высосу яд, - подмигнул ей Магнус, который без труда обходил опасные места.
- А если уколешься ты, я не побрезгаю дотащить тебя до кустов и уронить в них пару раз, - огрызнулась девушка. Мы с ней не разговаривали, по поводу их с Магнусом взаимоотношений, но мне показалось, что подруга не была рада внезапно возникшему вниманию от парня, при предшествующем игноре.
- Злая женщина, - доносился сверху приглушенный голос Сэгги. Его медленный шепелявый бас было сложно сравнить с каким-либо из звуков, слышимых мною раньше.
- Полностью согласен, - прошептал Магнус.
Хотя вероятность наткнуться на животное в этой части леса стремилась к нулю, большинство склонялось к тому, что испытывать судьбу не стоит, а потому старались переговариваться шепотом.
Но спустя два часа непрерывного преодоления этой части леса, стало понятно, что шепот нам не помог.
Из-за массивных стволов деревьев стали выступать очень стройные, долговязые существа, за костлявость которых, некоторые супермодели отдали бы многое. Тем не менее об этих тварях я слышала. Апотели – редкая нечисть, как и многая другая, предпочитающая коллективное существование. Апотели были похожи на очень страшных людей, вот только их животы умели раскрываться, как рты и загрызать любую добычу насмерть. Они были низшими. Эмоции их волновали мало. А вот кровь и мясо – напротив.
- У нас тут нарисовалась небольшая проблемка, - писклявым тоном сообщил Рэб, явно не встречавшийся раньше с подобной нечистью.
Я удивленно на него взглянула. Человек, который путешествует с осьминогом из другого мира по лесам, боится нечисть.
- Не поверишь, мы заметили, - вздохнула Аритта, но ее глаза блеснули, в редких лучах света, пробивавшихся через крону деревьев. Мне стало сразу понятно, что она ждала заварушку с нетерпением и вот, наконец-то могла дать волю своей стихии.
- Апотели огнеупорны, - поспешила я огорчить девушку. Хоть ее стихия была светом, но убивал он также, как и огонь, испепеляя, и не оставляя ничего, кроме праха.
- Цверт, - ответила Аритта, глаза которой наполнились страхом. Она явно не надеялась ни на кого, кроме себя.
Апотели не были разумными, что усложняло и одновременно упрощало задачу. Моя стихия в борьбе с этими тварями была абсолютно бесполезна. В парламенте давно велись разговоры о том, можно ли беспрепятственно убивать разумную нечисть, зато про не разумную все было понятно сразу.