Впрочем, долго искать не пришлось. И казалось бы, как все легко и складно получается, что дерево, которое мне было необходимо, оказалось так близко. Вот только кисры были довольно распространенным видом деревьев, а исра росла далеко не на каждом. Стихии, пусть мне повезет, и мне удастся забраться на самый верх и найти там нужную траву.
В детстве я резво лазала по деревьям, вот только со временем эта способность казалась мне утерянной. Однако благодаря тренировкам Карда, я почему-то была уверена, что мне удастся залезть на киср.
Поначалу это было легко, массивные ветви хорошо удерживали меня, и росли так, будто желали, чтобы по ним кто-то взобрался. Но чем выше я поднималась, тем тоньше и не стабильнее становились ветки. Руки уставали, покрываясь мелкими ссадинами, но я продолжала путь, зная, что счет идет на минуты. В любой момент я могу потерять кого-то из своих друзей. Думать о том, что я потеряю всех мне не хотелось.
Я взбиралась на дерево уже около пятнадцати минут, но вершина еще даже не показалась. Кисры были высокими деревьями, с мягкой листвой, и плодами, покрытыми колючками. Отсюда и царапины. Кисровы шишки, как их называли в народе использовали для варений и снадобий, часто они помогали от запоров и других проблем с пищеварением. Вот только против ядов они были бессильны.
Наконец я достигла верхней трети дерева. Верхушка начала показываться, и уже можно было определить, есть ли на ней исра или нет.
Может мне показалось, а может мне так сильно хотелось увидеть ее, что перед моими глазами промелькнули тонкие стебельки с острыми листочками. У меня открылось второе дыхание, и я вновь принялась преодолевать тяжелый маршрут. Ветки с каждым подъемом становились все тоньше, но я не обращала на это внимание. Мне бы добраться до исры. Срезать траву и спуститься вниз, помочь друзьям.
Конечно, не было никаких гарантий, что исра будет являться противоядием от бермолетова яда, но и других вариантов у меня не было.
Наконец, дотянувшись до первого стебелька, я аккуратно срезала его и крепко схватила, чтобы не потерять. Чем сильнее яд, тем наваристей должен быть отвар исры, поэтому мне предстояло собрать всю траву, что росла на этом дереве.
Я аккуратно продолжала срезать стебельки, собирая их в небольшие пучки и связывая ниткой, после чего привязывая ее к другим пучкам на свой пояс веревкой.
В конце концов на кисре не осталось ни одной травинки, которую я могла бы собрать.
Я принялась спускаться вниз.
Подниматься было гораздо проще. Тонкие ветки, которые относительно спокойно терпели меня при подъеме, шатались и трескались, когда я спускалась.
В один момент я выбрала не ту ветку и полетела вниз. Упав на несколько метров вниз, меня жестко встретила более толстая ветка, и кажется, моим ребрам не очень понравилось такое знакомство, они предательски заболели.
Я продолжала спускаться, чувствую боль во всем теле и стирая капающую со лба кровь. Царапина, судя по всему, была глубокой.
Стоило мне опуститься на землю, как меня вырвало. Я проверила запасы исры, и убедившись, что все на месте, направилась обратно в лагерь. Во время падения я повредила еще и ногу, которая заботливо напоминала мне об этом весь путь.
Воды в лагере осталось не много. Большая часть ушла на обтирание лихорадочных и полоскание полотенец.
- Нам нужна еще вода, - пробормотала я, превозмогая боль и пытаясь не обращать внимание на головокружение, преследующее меня от самого кисра.
- Что случилось? – удивленно посмотрел на меня Рэб, - ты боролась с медведем? Или на тебя напала стая орков?
- Потом расскажу. Сейчас нам нужна вода и, - я потянулась к веревке, плотно обтягивающей мою талию, - промыть травы перед тем, как я начну варить отвар.
Сэгги, сразу сообразивший, что эта ответственность легла на него, ухватил щупальцем два тазика, попросил нацепить ему на шею веревку с травами и отправился к ручью. Отправлять его одного было безопаснее всего. Если у ручья и правда кто-то обосновался, они не тронут осьминога, да и тот сумеет быстро убраться от них по деревьям.
Я приготовила кастрюлю, пока ждала возвращения Сэгги. Внезапно мне начали тыкать чем-то в лицо.
Рэб, явно не довольный, что эта ответственность свалилась на него, небрежно протирал мой лоб от сочившейся и уже запекшейся крови.
- Спасибо, - пробормотала я, удивленная таким жестом. Мужчина резко всучил полотенце мне в руки.