- Данное правило распространяется на двойные развилки. Тройные развилки, маркируются правилом двух согласных и одной гласной или двух гласных и одной согласной, и зависит это от направления развилки. Если на север и запад, то улицы именуются по принципу две согласные и по середине развилки гласная, если развилка направлена на восток и юг, то две гласные по бокам и по середине согласная. Справа всегда идут буквы от А-И, слева от О-Я. С согласными справа от Б-Н, слева от П-Щ. В случае перекрестков работает одноименное правило, гласящее, что наименование перекрестков идет в любом порядке, начиная от главенствующей дороги с гласной и дальше по часовой стрелке чередуются согласная, гласная и снова согласная, - профессорским тоном пояснил Вильгельм.
- А если перекресток равнозначный? – продолжала допытываться я.
- Такого не бывает. Всегда есть главная городская дорога, на которой расположены местные органы власти, дорога на перекрестке, к которой она ближе, является главенствующей.
- Стихии, как все просто оказывается, - не удержалась я от саркастичного комментария.
Вильгельм приподнял бровь, глядя на меня.
- Твои способности шутить возвращаются, кажется, сотрясение пошло тебе на пользу.
- Сволочь, - протянула я.
- Язва, - ответил момент.
*** Несмотря на мой скептический настрой, уроки географии и правда были даны будущему королю не зря. Мы нашли необходимый дом всего за час, следуя логике наименования улиц.
Дом, представший перед нами, рвал все мои малочисленные шаблоны о баквинах и прочих представителях древних стихийных профессий.
Вымощенный из светлого камня, дом пестрел горшками с цветами и прекрасными клумбами. На фоне выжженного города и его жителей, он выглядел, как магнитик на холодильнике.
- Чем могу помочь? – поприветствовал нас подтянутый мужчина лет сорока. Уже один этот факт, настораживал. Я, конечно, не эксперт, но разве баквины не должны быть старыми, дряхлыми и очень, нет, ну ОЧЕНЬ, колоритными?
В голове возник образ Кератуса Виттера, преподавателя стихии жизни и целительства в Университете Всех Стихий, в котором, кстати, не хватало стихии разума!
Я удивилась тому, что начала заводиться от простого воспоминания.
- Мы ищем Кивара, - с толикой разочарования в голосе сказал Вильгельм, явно думая о том же, о чем и я.
- Что ж, вы его нашли, - просто ответил мужчина, открывая нам двери, чтобы мы могли войти. – Чем могу служить?
- А как много Киваров в этом городе, нет, стойте, в этой стране? – недоверчиво спросила я, оглядывая чудную гостиную, с обоями в цветочек.
Мужчина окинул меня странным взглядом. Его пронзительные голубые глаза не задерживались ни на мне, ни на Вильгельме.
- Полагаю, что если в этом состоит ваш вопрос, то я не смогу с этим помочь. У меня нет доступа к данным по переписи населения в Актеле, - легко пожал плечами он и поправил челку, упавшую на лоб.
Вильгельм набрал воздух в легкие.
- Мы ищем баквина Кивара, по поручению проводника жизни – Тураты, - нет, ну разве можно вот так выкладывать факты каждому встречному поперечному?! – И у нас есть хопрус.
Мужчина напрягся.
- Не знаю о ком вы говорите, я ничем не могу вам помочь, - начал было он, но тут, Хвала Стихиям! Я вспомнила о своих способностях, и транслировала ему воспоминание о встрече с Туратой.
Кивар кинул на меня заинтересованный взгляд, подумал с минуту, и кивнул, уступив.
- Может быть чаю? – любезно предложил баквин.
- С удовольствием! – Чуть ли не хором согласились мы.
Несколько минут спустя, мы сидели на диване пестрой расцветки, а напротив нас, спиной к камину, на стуле расположился Кивар. Сервиз, в котором нам предложили чай, был явно издевательским. Маленькие белые чашечки в цвертов цветочек, с маленькими белыми блюдцами, из той же коллекции. Какое-то кукольное чаепитие! Теперь я понимаю, почему королей учат оттопыривать мизинчик - для баланса конструкции!
Пару раз чуть не уронив чашку, я плюнула, и обхватила ее двумя руками. Лучше так, чем запачкать баквину гостиную. Еще и помогать, вдруг, откажется.
- Так чем я могу помочь? – деловито спросил Кивар, как ни в чем не бывало, попивая чаечек из чашечки.
- Понимаете, когда-то давно, еще в глубоком детстве, мои способности псионика заблокировали, мне необходимо снять замки, чтобы пользоваться своей силой, - начала я.
Мужчина приподнял бровь и закинул ногу на ногу.
- Я вижу, что из пяти замков четыре сняты, зачем вам искать меня, чтобы снять один из них, когда сила и так почти полностью ваша? – поинтересовался баквин, смеряя меня одним из взглядов «Деточка, тебе не получить того, что ты хочешь». – На самом деле, для снятия одного замка даже хопрус не нужен, достаточно пары кровавых жертв и немного разумной магии, простите меня за тавтологию.