— Лежи, тебе нужен покой… Не понимаю, как ты упала? Он толкнул тебя? Отец? Признайся, только честно. Не прикрывай его.
Алеся как-то странно посмотрела на потолок, потом на дверь и прошептала:
— Харди, если честно… я упала немного... сама.
— Оступилась?
— Не совсем... Я побежала за твоим отцом, и вдруг думаю, а это идея!.. Помнишь, я рассказывала про двух мальчишек? Что неприятности, они сплачивают, примиряют…
Алеся говорила все тише, отодвигалась от меня, вжимаясь спиной в подушки.
Я бросил ее руку. Встал с колен.
— Ты что, специально упала? А обморок?! Ты же потеряла сознание…
— Я хотела, как лучше... — пискнула она, как мышь. — Чтобы вы помирились.
— Лучше?! А если бы ты сломала себе шею?!
— Так если для дела... А вообще я хорошо сгруппировалась. Когда-то ходила на каток и первое, чему меня научили: правильно падать…
Кровь забила в висках. Я хлестнул ее письмами по лицу, которые в суматохе так и держал в руке.
— Идиотка. Безмозглая дура! Сумасшедшая! — я не находил слов от ее безрассудства.
Хлопнула входная дверь. Вернулся отец и отозвал меня в сторонку.
— Леонхард, — сказал он. — Я подумал и решил, для Алис будет лучше переночевать здесь.
— Да, так будет лучше, — согласился я, стиснув зубы. Иначе придушил бы ее. — А утром, часов в шесть, подъеду. Сколько я должен за доктора?
— Потом, — махнул рукой отец. — Вот что, ты тоже оставайся. Не мне же за ней присматривать ночью. Спроси свою орлицу, вам две комнаты готовить, или в твоей ляжет. Только без глупостей! Доктор Август сказал никакой активности, понимаешь?
— Спасибо, отец, — сказал я. — Спасибо.
Отец улыбнулся кончиками губ, забегал глазами, как от неловкости:
— Иди давай, И собаку свою в дом забери. Не хватало, чтобы она чего-нибудь сгрызла или сбежала, — проворчал он, но по-доброму, мягко. Еще час назад предположить такого не мог. Я почувствовал, как стало легко и спокойно на душе — забытое чувство казалось таким странным, неуклюжим…
Сделав несколько кругов по холлу, я снова подошёл к Алесе. Она смотрела в сторону, тайком утирая слезы. Я взял ее за подбородок и развернул лицо к себе. Скула была красной, кровоточила небольшая царапина.
— Жить будешь, — сказал я. — Значит так, ночуем здесь. В аптеку заеду завтра. Ясно?
Алеся кивнула, не поднимая глаз.
— Сказать, чтобы приготовили чай? Хочешь чего-нибудь? — спросил я.
Она отрицательно покачала головой.
— Болит где?
— Тут немного, — прошептала Алеся, сморщившись, и потерла плечо.
— Сейчас съезжу к себе, привезу морфин. Будет легче.
— Не надо, я потерплю, — сказала Алеся и посмотрела в глаза. — Харди, ты что, испугался за меня?
Не ответил. Отвернулся. Ухмыльнулся.
Алеся обвила мою шею одной рукой и прошептала:
— Прости, пожалуйста...
Злость ушла. Я осторожно прижал ее к себе, поцеловал висок. Черт возьми! В том момент, когда она летела с лестницы, я в одну секунду вдруг понял, насколько важна она, что для меня значит…
А еще подумал, что на такие рискованные проделки не решился бы сам Уленшпигель. Фокусница, мать ее... И после этого она будет утверждать, что не жульничала в «Линкоры»!..
5
Я опаздывал и старался ничего не забыть. Все потому, что Алеся рано утром, во сне, закинула на меня ногу, а потом прижалась всем телом, уткнувшись мне в шею... Словом, пришлось проигнорировать звонок будильника и задержаться в постели. А теперь в спешке одеваться, бегать из комнаты в комнату, завтракать без свежего выпуска «Фелькишер».
— … Часы?!
— На тумбочке, — спокойно отвечала Алеся. Она держала за ошейник Асти, чтобы та не мешала и не бегала за мной, думая, что я с ней играю.
— Платок, сигареты... Ключи? Где эти чертовы ключи!.. А, вот... Ты поняла, что тебе надо сделать? Повтори, — говорил я, затягивая на запястье кожаный ремешок часов.
— Забрать рубашки из прачечной. Не забыть ошейник и подстилку Асти. Вычесать ее хорошо. Записать тебя к дантисту на следующей неделе… Собрать вещи в чемодан.
— Так точно. Собери. Мой стол не трогай, им я займусь сам, — я звякнул ключами.
— Сам? Там что-то секретное? — посмотрела Алеся в сторону моего стола. — Письма поклонниц?
— Каких поклонниц? Не говори ерунды.
— А какие письма ты принес от отца в прошлый раз?
— Письма?.. Так, приятель писал. Вместе воевали во Франции. Не знал мой новый адрес, отправлял на старый.