— Что ты предлагаешь, рядовой? Ты говоришь о каком-то поезде, магии… Мы все здесь умрём, если не сделаем что-то быстро! — капитан яростно пытался кричать через бурю, но его голос терялся в реве ветра.
Но Сальм знал, что единственный шанс — это тот, кто контролирует этот шторм. Уолфрид должен быть остановлен. Всё, что он чувствовал в тот момент — это отчаянное желание не дать ему победить, не дать ему забрать все эти души.
И если для этого нужно будет пройти через шторм, через магию, через всё, что его когда-либо преследовало, Сальм готов был с этим бороться.
Глава 18: Возвращение в Глазго
Когда шторм, наконец, утих, и спасательные суда прибыли, Сальм стоял на палубе, наблюдая, как тела погибших моряков поднимались на борт. Казалось, что время замерло — ни один из них не мог вернуться. Тела были безжизненными, но в их глазах Сальм видел что-то большее — ощущение пустоты, как если бы их души уже покинули их тела и отправились куда-то далеко.
Он знал, что этот шторм был лишь частью игры Уолфрида. Магия, которой он обладал, и его роль как собирателя душ не оставляли ему выбора. Это не был случайный шторм. Это была его работа. Он был как ангел смерти, который приносил погибшим свой последний суд, собирая их души.
Сальм стоял на палубе, и его взгляд всё ещё был устремлён в темные воды, в которых исчезали души моряков. Он понял, что Уолфрид был не просто магом — он был существом, которому не хватало любви, которому не было места в этом мире, и, возможно, поэтому он решил забрать то, что мог.
Маг был тем самым сборщиком душ, о котором Рин рассказывал ему в детстве. Уолфрид, человек, ставший магом, стал не просто тем, кто разрушает, но и тем, кто забирает самое дорогое — человеческие души.
Когда спасательный корабль наконец добрался до них, и всё вернулось в норму, Сальм узнал, что его служба в армии закончена. Он был уволен. Хотя он спасал людей в шторме и показывал невероятное мужество, в его глазах была пустота. Вопросы, которые беспокоили его, оставались без ответа, и его душа была поглощена новым чувством — не страхом, а осознанием того, что он был всего лишь пешкой в большой игре.
После увольнения Сальм вернулся в родной Глазго, где его встречал его отец. Но не было ни радости, ни веселья. Всё было иначе.
— Твой дедушка… — сказал его отец тихо, встречая его у дверей. — Он ушел. Рин не стал.
Слова отца прокатились по Сальму тяжёлой волной. Он не знал, что сказать. Дедушка был его наставником и другом, и теперь его не стало. Сальм не мог понять, как это произошло так быстро. Он был в армии, а Рин остался один в доме. Сальм стоял перед ним, не зная, как правильно реагировать.
— Он оставил тебе что-то… — продолжил отец, подавая ему маленькую книгу, завернутую в старую ткань.
Это была та самая книга, о которой говорил Рин, книга, которая помогла бы Сальму и его деду в поисках способов победить магию Уолфрида. Сальм с трудом взял её в руки. Она была небольшая, обвисшая от времени, с потускневшей кожаной обложкой.
Отец тихо продолжил:
— Он говорил, что ты сможешь найти ответы в этой книге. Что-то важное было в ней, что-то, что поможет тебе разобраться в том, что происходит с Уолфридом и с нами.
Сальм не знал, что именно ждал от этой книги, но знал, что именно она теперь стала его единственным ключом к разгадке. Он осторожно развернул её и увидел страницы, заполненные странными знаками и иллюстрациями. Некоторые из них были настолько древними, что едва можно было разобрать, что на них изображено. Но среди этих странных символов и иллюстраций были и те, которые он видел в своих кошмарах.
Сальм прижался к книге, словно она могла вернуть его к жизни, к пониманию того, что происходит вокруг. Уолфрид и его темная магия были не просто угрозой для Глазго — это было начало чего-то гораздо большего. Это было что-то древнее, тёмное и зловещее, и Сальм знал, что, чтобы победить этого магистра, ему нужно было раскрыть все тайны, которые скрывались в этой книге.