- Не знаю...-задумчиво пожала плечами мать. - Много уже, наверное...
- Во-о-от... Много уже... А он всё никак не умирает... А знаешь почему? Он женится на молодых девушках, и как паук из своих жертв, выпивает из них жизнь... Как упырь... Они начинают чахнуть, болеть и умирают... А он всё живет и живет... И я так умру...
- Не говори так...- от слов дочери женщину пробрал озноб. Она ведь когда была маленькой, помнила его уже таким: седым и старым. И уже тогда никто не помнил, сколько же Боруте лет.
- Я не хочу умирать...- тихо сказала Сияна, - Я просто не пойду за него, и всё...
- Отец уже принял решение, - попыталась добавить строгости голосу женщина, - и тебя даже спрашивать не будет. Смирись с его волей, дочка. Через несколько дней твой жених вернется с обозом продовольствия и подарками, и тогда состоится ваша официальная помолвка. А пока, не выходи из комнаты, не попадайся на глаза отцу.
* * *
Прошло несколько дней. На улице медленно падал пушистый крупный снег. Сияна сидела возле окна и с безысходностью смотрела на него. Для неё он был чернее древесного угля в остывшей печи, и чем дольше он падал, тем быстрее угасал огонёк надежды в её душе, что боги смилостивятся над ней и пошлют ей спасение от предстоящего замужества. Слёзы снова закапали из её глаз.
«Опять снег... Почему?.. Почему весна никак не наступает?.. Может быть, отец бы изменил своё решение, если бы пригрело солнце, звонко запели птицы, звери бы вышли из своих укрытий и охотники стали бы возвращаться домой с добычей?..
О, Великие Боги! За что вы наказываете меня? О, Великая Матерь! За что ты прогневалась на меня и лишила меня своего покровительства?.. Лучше умереть, чем выйти за него замуж...»
Неожиданно в комнату ворвался самый младший из её братьев, Мал:
- Сестрёнка! Хватит белугой реветь! Радостную весть я принёс! Наконец-то боги смилостивились над нами и послали нам удачу! Пойдем, что покажу!
Девушке показалось, что у неё аж сердце в груди замерло от вспыхнувшей надежды:
«Неужели?.. - думала она, еле-еле поспевая за братом и натягивая на плечи пуховую шаль, - Неужели боги услышали молитвы и охотники нашли пропавший обоз с продовольствием?.. И отцу теперь нет нужды в этом замужестве?..»
- Теперь-то никто не посмеет сказать, что Мал всего лишь младший сын главы. Теперь все будут говорить, вот он — Мал, мал да удал! - продолжал хвалиться брат, смеясь над собственной шуткой.
Сердце бешено колотилось в груди девушки, а в голове пульсировала только одна мысль:
«Неужели... Неужели... Неужели...»
Они выскочили на улицу и брат радостно сказал:
- Вот! Смотри!
Выйдя наружу после сумрака комнаты, Сияна на некоторое время ослепла от яркого белого снега во дворе. Постепенно привыкая к нему, она сначала разглядела запряженную лошадь, которая рвалась из стороны в сторону, но её удерживали трое крепких парней. Затем, она увидела сани... и лежащего на них связанного огромного чёрного волка, размером со среднюю корову. На лбу, почти над глазом, у него краснела свежая рана. Кровь сочилась в глаз, стекала по морде и впитывалась в верёвки, которые плотно стягивали зверю пасть. Его глаза сверкали жёлто-зеленым дьявольским светом и злобно зыркали на окруживших сани людей.
Волк рычал и пытался вырваться, напрягая все мышцы своего тела, отчего сани жалобно скрипели, а напуганная присутствием такого огромного хищника лошадь пронзительно ржала, храпела и металась из стороны в сторону, пытаясь убежать.
- Мы его живьём взяли! - чуть не кричал от радости Мал, - Будет жениху твоему подарок на свадьбу! Пускай убьёт его своей рукой, потешиться!
Руки Сияны безвольно повисли вдоль тела, и шаль соскользнула с плеч. Черный снег в душе хоронит последние искорки надежды — чуда не будет. В душе воцарилась зияющая пустота. Даже не было страха перед этим лесным гигантом. Она, не отрываясь, посмотрела волку в глаза, и зверь замер, встретив её взгляд.
«Взяли живьём... Лишили свободы, чтобы потом отдать на потеху этому старику... Как и меня... Лучше сразу смерть, чем такие мучения...»
- Лучше бы вы нас сразу убили... Чем так...- почти одними губами прошептала девушка.
Волк вздрогнул, словно очнувшись, и снова начал пытаться вырваться, отчего перепуганная лошадь уже не ржала, а громко кричала в голос, как дитя.
- Да уведите вы её в конюшню, наконец!- крикнул друзьям брат, и нарочито весело продолжил, - Эй! Да ты чего, сестрёнка? Ты теперь будешь самой богатой женой во всей округе, среди всех родов! Да тебе все твои подружки будут завидовать!