– Мне нужно поговорить с Гаем. Он здесь или нет? – начал уже терять терпение Акира.
Она снова кивнула и махнула рукой за дом:
– Сарай с ребятами ремонтирует. Проходи.
Акира осторожно толкнул разваливающуюся калитку, и она открылась с жутким визгом и скрежетом ржавых петель.
С таким «антиквариатом» никакая собака была не нужна – издалека слышно, что кто-то зашёл. Да и воров можно было не бояться, вряд ли кто-нибудь решит позариться на хозяйское добро, глядя на плачевное состояние самого хозяйства. А если б, всё же и полез кто, то пал тот смертью храбрых ещё на подступах – кокнулся бы вместе с забором при попытке его преодолеть. Ну, или по меньшей мере, что-нибудь себе серьёзно повредил, кроме уже больной головы. Со здоровой-то сюда никто не сунется.
Акира под пристальным взглядом девушки прошёл по заросшему сорняками двору за дом. Вместо привычного для этих мест огорода, за ним располагалась дикая лужайка, со свежескошенными сорняками.
Трое горцев о чём-то жарко спорили глядя на полуразвалившийся сарай. А четвёртый, тот что с серьгой в ухе, восседал верхом на его дырявой крыше.
–… невозможно починить. Легче его полностью разобрать и поставить новый!
– Решайте быстрее! А то я уже запарился здесь сидеть!
Не смотря на растущую жару, все лютичи были одеты в свои традиционные плотные домотканые рубахи, а не щеголяли с голыми торсами, как это делали деревенские парни.
– О! Посмотрите, кто к нам пожаловал! – крикнул заметивший его «тип с серьгой», – Сам древний бог!
Горцы одновременно обернулись на Акиру. Гай шагнул к нему и, разведя руки в стороны, словно радушный хозяин, задорно произнёс:
– И чем же обязаны такой честью? – но тут же наигранно спохватившись, указал на своих соплеменников, – Ох, нет! Какой же я невежа! Позволь представить тебе всех здесь присутствующих. Вон тот, с лицом монстра – мой брат Ставр, балабол с серьгой в ухе – Данко, молчаливый светловолосый парень – Ратмир. И я, ваш покорный слуга, Гай. – и насмешливо поклонился.
– Забыл кое-кого. – сказал Ставр.
Гай удивлённо на него посмотрел:
– Кого это?
– Невесту свою забыл представить, Любаву. – Ставр кивнул в сторону Акиры.
Гай посмотрел куда-то за гостя и недовольно буркнул:
– Ах да, прости, не заметил тебя за ним. Девушка, стоящая за тобой – Любава.
Акира обернулся и увидел ту самую не приветливую девчонку, стоящую за собой. Она холодно кивнула, давая понять, что ему здесь по-прежнему не рады.
– Ну, так что же привело тебя, о древний бог, в нашу скромную обитель? – снова спросил Гай с насмешкой в голосе.
Акира сделал вид, что не заметил этого и ответил:
– Я хотел бы ещё раз увидеть, как ты делаешь это. – он покрутил пальцем в воздухе.
– Что «это»? – непонимающе спросил Гай.
Акира покосился на стоящую рядом Любаву – вдруг она не знает?
– Ну, это… превращаешься в волка… – нерешительно пробормотал он.
Гай и остальные лютичи переглянулись и заулыбались. Просьба Акиры их явно развеселила.
– Знаешь, – произнёс Гай, – мы же не цирковые собачки, чтобы по щелчку превращаться. А зачем тебе это?
– Как я уже говорил, что совершенно ничего не помню. Может быть, поняв, как ты это делаешь, я смогу вернуть себе первозданную форму. И вполне возможно, воспоминания вернутся ко мне…
Гай стал серьёзным и задумался, пристально глядя на Акиру.
– Сомневаюсь, что у тебя получиться… но ладно, смотри. – наконец произнёс он и махнул лютичу, сидевшему на крыше сарая. – Данко!
– Э! Ну, почему именно я?! – протестующе воскликнул тот, но всё же подчинился и легко спрыгнул на землю.
Данко медленно, специально показывая Акире, завёл руку вверх и назад, словно беря себя за загривок, и в то же мгновение вместо него появился большой серый волк. Зверь скучающе зевнул и сел.
– Я не… – начал было Акира, но Ставр перебил его.
– Да не получится у тебя. Дело-то не в магии, вся соль в наших сивлидах.
– В чём? – непонимающе спросил Акира.
Ставр вопросительно посмотрел на Гая и тот ответил ему кивком.
– В сивлидах. – лютич стянул с себя рубаху, обнажая мускулистый торс, весь покрытый страшными шрамами, словно он прошёл через гигантскую мясорубку, повернулся к Акире спиной и приподнял волосы, обнажив ряд из пяти голубовато-сияющих кристаллов, растущих из позвоночника.
По-прежнему удерживая волосы, чтобы Акире было хорошо видно, Ставр завёл руку назад и дотронулся до одного из них. Кристалл вспыхнул, и в то же мгновение, вместо него очутился чёрный волк, похожий на того, в которого превращался Гай. Только этот был гораздо крупнее.
Волк повернулся, и Акира невольно вздрогнул: всё его тело было испещрено широкими, не зарастающими шерстью, шрамами; по левой стороне морды шкура была снята почти до самого черепа, полностью обнажив острые зубы, с торчащими длинными клыками. Белый глаз смотрел на мир мёртвым взором из левой глазницы. У него был столь ужасающий вид, словно он вышел из самых глубин Тёмного мира.