– Если ты что-нибудь вспомнишь, говори мне.-Василиса шагала вперёд, высоко задирая ноги в шелковистой траве. Акира «укнул», выражая своё согласие.
Глубокое синее небо, белые облака и дурманящие запахи трав… Всё это дарило такую теплоту его душе… Казалось, воспоминания вот-вот вырвутся наружу, стоит только приложить чуть-чуть усилий и вспомнить…
Неожиданно мир вокруг них закрутился, и вид начал меняться. Появились огромные деревья, которые невозможно было обхватить руками, а бескрайнее зелёное море травы сжалось до небольшой лужайки перед входом в пещеру. И теперь на ней резвилось несколько разномастных пушистых комочков.
Это было волчье логово. Огромная белая волчица лежала чуть поодаль и дремала, изредка приоткрывая глаза, чтобы посмотреть на волчат.
– Это я.– Акира указал на одного из них,– Это мои братья и сёстры. А это, – он указал на волчицу,– это моя мать.
– Какая огромная! – Василиса с восторгом смотрела на огромного белого зверя и, казалось, не испытывала никакого страха, – Она, наверное, может проглотить быка за раз!
– Да, именно так и было!– Акира рассмеялся.
Василиса потянула его, было, к волчице, но Акира отрицательно покачал головой – это было не безопасно.
– Это твои воспоминания, они нас не видят. Смотри!– они подошли к его матери, и Василиса провела рукой по её густой белоснежной шерсти.
Рука прошла насквозь, как будто это был воздух, и не потревожила ни одной шерстинки. Волчица продолжала дремать на солнышке, и её дыхание было ровным и спокойным.
– Что это за воспоминание? – девочка посмотрела на играющих волчат.
– Это первый день, когда мы вышли из логова наружу.– Акира тоже смотрел на играющего «себя», такого толстого и неуклюжего, в отличие от чёрного брата, который уже вполне шустро бегал по лужайке.
– Тут всё так необычно! – Василиса огляделась вокруг,– Всё такое большое: и деревья, и цветы, и, – она посмотрела на него, – вы тоже!
– Тогда всё было большим. – Акира улыбнулся ей, – Это было очень-очень давно… Мир тогда был ещё молод и все живущие в нём были как боги. Но потом всё изменилось.
– Как это, изменилось?– спросила Василиса,– Как это произошло?
Мир вокруг них завертелся, возникли горы с редкой растительностью, и они оказались на каменистой небольшой площадке у подножия одной из гор, в окружении стаи древних огромных волков.
Они напряжённо смотрели на яркий столб золотого света, бьющий из далёкой горной вершины в небесную высь. Оранжево-золотое небо ярко вспыхивало от струящихся по нему ослепительных потоков, похожих на полосы северного сияния, оглушительно стонало, грохотало и трещало. Зрелище было завораживающим и пугающим одновременно. Волки скулили, рычали и нервно втягивали носами воздух.
– Небо очень долго так полыхало, солнца не было видно, и ночь не опускалась на землю. А потом… Потом пришла она. Большая Вода.– и, опережая вопрос Василисы, Акира показал вдаль, на горизонт, куда так пристально вглядывались его собратья.
Постепенно до них начал доходить всё нарастающий гул и стала видна приближающаяся огромная стена воды, сметающая на своём пути всё: деревья, валуны и животных. Несчастные создания пытались от неё спастись бегством, но она наступала яростно и мощно, не оставляя им никаких шансов.
– Мы искали спасения на этой горе, но выжить сумели не все…– Акира потянул было за собой девочку, стремясь за волками, которые уже взбирались по почти отвесной стене скалы, но резко остановился.
Что-то смутило его в поведении Василисы. Что-то с ней было не то… Он обернулся и посмотрел на девочку, и успел уловить, как та холодно наблюдала за тем, что происходило с его собратьями, прежде чем придала своему личику расстроенное выражение.
Волки не могли удержаться и срывались вниз, на острые камни, ломали себе лапы и спины, жалобно скулили и выли, понимая, что им уже не спастись. Настоящая Василиса не смогла бы спокойно смотреть на подобное и давно бы уже рыдала от жалости к погибающим на её глазах зверям.
– Где Василиса, ты, мерзкая лиса?!
– Заметил, наконец-то? – ухмыльнулась Василиса-Аой, – Сейчас я и есть Василиса, а Василиса – это я. Наши души объединились в одно целое. И она, – Аой положила руку себе на грудь и нежно, как показалось Акире, улыбнулась – она сейчас там, внутри меня. Это… Это так восхитительно! Я чувствую, как горит её маленький огонёк во мне, вижу все её мысли и желания…
Акира отпрянул от неё и гневно рыкнул:
– Выпусти её немедленно! – но стоило ему отпустить её руку, как темнота, тяжесть и боль снова навалились на него.
– Это невозможно. Пока мы с ней вместе, ты можешь путешествовать по своим воспоминаниям… – Аой ухмыльнулась и специально заговорила медленно, с наслаждением растягивая слова, её явно забавляли его мучения. – К тому же, я думаю это совершенно не то, что можно видеть ребёнку в её возрасте…