Злость
Алина вырвалась, и рванулась к двери. Чимин бросился следом. Дверь была закрыта. Алина стояла лбом прислонившись к двери и тяжело дыша. Чимин подошёл ближе и хотел было достать ключ, чтоб открыть дверь, понимая что переборщил, но..
-Он жив. Алина мучительно выдохнула. Чимин замер, не веря своим ушам.
-Что?
-Твой ребёнок жив.
-Жив?
-Да, он жив. Он здесь. Ему 11 лет. Его зовут Олег. И ты можешь с ним увидеться. Алина повернулась и с мукой на лице улыбнулась.
Чимин потерял дар речи. Он молча смотрел в глаза Алины, и не знал что ему делать. Обнять ее, расцеловать, или не трогать. Потому что в глазах Алины была боль и безмерная усталость. И он не знал как ему поступить. Он осторожно наклонил голову набок и спросил:
-Он знает обо мне?
Алина устало оттолкнула Чимина и уселась на тот самый пуфик где сидел он недавно:
-Он не знает о тебе. Но его мечта стать айдолом. К тому же его внешность... Он кореец, но с зелёными глазами. Алина устало и гордо улыбнулась:
-Он очень красивый. И умный. И я очень люблю его. Он... все что у меня есть.
Чимин медленно уселся на пол и почувствовал, как по его лицу текут слёзы. Алина достала телефон, немного пролистала и протянула Чимину:с экрана на Чимина смотрел мальчик, вернее уже юноша, застенчиво улыбающийся, он был копией Чимина, но с глазами Алины. Чимин пролистал ещё, вот его сын обнимает Алину за плечи и смотрит на неё с безграничной любовью сына к матери. Он был довольно высоким. Явно выше самого Чимина и Алины. Видимо в родне у Алины были высокими или папа или ещё кто-то, и он удался в них. В 11 лет он уже был много выше Алины, судя по фото. Его сын был прекрасен. И если он хотел стать айдолом, то агентства драться за него будут. Так же он унаследовал высокий ровный нос матери.Чимин поднял взгляд от телефона на Алину:
-Как?....
Алина грустно улыбнулась:
-Как он выжил? Обняв себя за плечи и стараясь чтоб голос не дрожал, она продолжила:
-В той аварии, я вместе с мотоциклом попала прямо под грузовик. Но каким то чудом я выжила. Хотя врачи удивлялись как. Но я выжила. У меня были сломаны обе ключицы, рука, челюсть, сотрясение мозга тяжелой степени, и осколочный перелом бедра. Когда я очнулась в реанимации, первой моей мыслью было только... Жив ли ребёнок, сумела ли я его сохранить
Алина судорожно вздохнула и улыбнулась. Чимин встал подошёл и хотел тронуть ее за плечо. Но Алина дёрнула плечом и Чимин опустил руку. Он чувствовал как по его лицу не прекращая текут слёзы. Алина не плакала. Она с мукой в голосе продолжила свой рассказ:
-Я его сумела сохранить. Врачи неоднократно настаивали на аборте. Но... Я не могла. Просто не могла. Моя... Мать. Она умерла пока я две недели находилась без сознания в реанимации. Сердце не выдержало. Ей сказали что я не выживу. Она этого не выдержала. У меня не оставалось никого. Вероника-дочь моей подруги. Мы как сёстры. Поэтому всем мы говорим что я её тётя. На самом деле мы не родные
Алина судорожно вздохнула. Чимин не выдержал и обнял её сзади прижав к себе. Стараясь вобрать в себя часть боли. Алина в этот раз не сопротивлялась. Бездумно глядя в пространство она продолжала;
-Полтора года в больнице. Я не смогла даже похоронить свою мать. Я сосредоточилась на том чтобы только сохранить жизнь этого ребёнка. Я не дала врачам убить его. Он родился в реанимации. Он был слабым. Я тоже. Но мы выжили. Это далось нам дорого. Очень дорого.
Внезапно Алина повернулась в его объятиях, и глядя ему прямо в глаза сказала:
-Это наш сын Пак Чимин, но если ты попробуешь отобрать его у меня, или разлучить нас, я убью тебя. Я клянусь тебе
Чимин смотрел в глаза решительной женщины которую он так любил, и улыбался сквозь слёзы. Сейчас он понимал что у него появилась семья. И он сделает всё, чтоб его в нее приняли. Он не отпустил руки и склонив голову прошептал:
-Но почему же ты не сообщила мне? Действительно не хотела? Или что то другое?
Алина отвела взгляд и тоже прошептала:
-Потому что я не могла. Потому что мой телефон, моя сим-карта были полностью уничтожены. Я не могла... Попросту не могла найти твой номер. Алина снова вздохнула, и подняла на него взгляд, в этот раз в нем стояли слёзы:
-А потом, врачи сказали что я останусь калекой. И вряд ли нормально смогу ходить. Я подумала зачем тебе калека. Но я справилась. А потом... Потом глядя как ты стремительно продолжил свою карьеру, я решила, что не хочу тебе навязываться... Она снова отстранилась, но Чимин прижал ее к себе и прошептал в самое ухо: