– Так я ведь и не прошу.
– Это всё равно. Я так воспитана, не могу брать халяву и делать вид, что так и надо.
– Но так и надо. Марина, мир устроен подобным образом. Дают – бери.
– Бьют – беги, я знаю, – хохотнула я без энтузиазма.
– Давай закроем эту тему?
– Если ты больше не будешь пытаться делать мне «подарки», то с радостью.
Давид промолчал, и это дало мне понять, что он остался при своём каком-то там мнении.
Москва была позади, и мы ехали по широкой прекрасной автостраде со средней скоростью сто километров в час. Обычно мужчины на таких машинах (и такого происхождения) любят лихачить и гонять, нарушая все мыслимые дорожные правила, но Давида не надо было просить ехать помедленнее или осторожнее, он водил очень хорошо, мягко, аккуратно, внимательно.
Путешествия на машине всегда казались мне самыми романтичными; свобода действий, останавливайся, где хочешь, сворачивай, куда потянуло, не привязан к остановкам, станциям, другим пассажирам, как на поезде, автобусе или самолёте. Мне настолько нравилось ехать, слушая музыку, смотря по сторонам, что не оставалось места для сожаления, что мы с Давидом не настоящая пара. Лучшее враг хорошему, и если бы плюс ко всем радостям Давид стал моим парнем, женихом – это было бы уж слишком идеально, сказочно. Я бы лопнула от счастья.
– А расскажи о своей двоюродной сестре. Которая так внезапно вышла замуж, – попросила я. Благодаря этой девушке мы познакомились и, не зная её, я ей симпатизировала заочно.
– Марианна – дочь моего дяди, брата отца. Он такой же убеждённый…
– Националист?
– Вроде того. Мы с ней всегда хорошо общались, поэтому в её поступке винят прежде всего меня и моё влияние на неё.
– А ты влиял? – улыбнулась я.
– Пожалуй. Смело говорил о своих взглядах и высказывал своё мнение, расходящееся с семейным. Она захотела учиться на медика, поступила в Москву – что тоже далось с большим трудом. Я помогал уговаривать дядю отпустить Марианну. В Москве она познакомилась с молодым человеком, они полюбили друг друга, ну и… естественно, родители запретили ей выходить за него замуж. Она сделала вид, что смирилась, и целый год не заговаривала об этом, знала, что переубедить никого не удастся. А потом закончила институт и сбежала. Мы ничего не знали о ней несколько месяцев, пока мне на мобильный не раздался звонок пару недель назад, и она попросила помочь устроить свадьбу. Вот я и поехал.
– Её родители узнали о случившемся?
– От меня – нет. Марианна тоже вряд ли оповещала их. Ещё когда она сбежала, дядя догадался, что должно произойти, он так оскорбился, что даже имя дочери перестал упоминать.
– Боже, неужели можно быть таким… – я не стала договаривать, чтобы не задеть Давида сквернословием в сторону его родных. Но никакими приличными словами выразиться на сей счёт было нельзя.
– К сожалению, на Кавказе до сих пор не редкий случай, когда отцы воспринимают дочерей своей собственностью. Я знаю случай, когда девушка переспала с молодым человеком, с которым не была даже обручена, и об этом узнала семья. Отец столкнул её с обрыва. Мать была в курсе, братья были в курсе, всё село было в курсе, но в полиции записали «без вести пропала». Потому что все были солидарны в том, что она опозорила семью и отец был в праве смыть позор таким образом.
– Какой ужас, – оторопела я. – А у тебя есть родные сёстры?
– Нет.
– Ты один в семье?
– Теперь – да.
В его ответе слышалась трагедия. Мне неудобно было расспрашивать подробности, но Давид сам понял, что произнёс заинтересовывающую фразу, не дающую объяснений, поэтому продолжил:
– У меня был старший брат, Адам. Он погиб. Дагмар – мать моих сыновей, была его невестой. Они любили друг друга. Но когда я остался один, отец запаниковал, а вдруг и со мной что-то случится? Прервётся род Дамаевых! Хотя он не прервался бы, конечно, у меня есть двоюродные братья, просто я – старший в роду. Но отец с семьёй Дагмар договорился поскорее о свадьбе. Поэтому мы поженились так рано. И так быстро развелись. Она, думаю, до сих пор не забыла и любит Адама.
– Её принудили выйти за тебя? – хотя мне сложно было представить, как можно заставлять выйти замуж за такого шикарного мужчину.