На вопросительный взгляд Марат ответил:
- Если не ошибаюсь, его имя Батыр, - и, порывшись в памяти, добавил, - да, именно так.
-- Батыр?
- Да, познакомиться с ним настоятельно рекомендует твой отец. Какое-то важное дело.
Свершилось! Я боялась, но когда-то это должно было произойти. Представляя нашу встречу с Батыром, его знакомство с Маратом, я надеялась, что он станет нашим семейным другом. И тогда бы все переживания исчезли. Мои беспокойные фантазии, смутные мечты остались бы, наконец, в прошлом. Я нуждалась в уверенности, в ясном понимании того, что живу настоящей, правильной и счастливой жизнью, и решусь, наконец, завести ребенка.
В конце концов, я сама приглашала Батыра. Но... он отказал! Мне это совсем не нравится. Папу почему-то послушался, а мое приглашение проигнорировал. Все потому, что я женщина? Феодалы первобытные! Все, включая любимого папочку! Одно слово - мужчины.
На следующее утро тщательно осмотрела квартиру. Какое впечатление она произведет на Батыра? Возможно он посчитает меня мещанкой, гоняющейся за ложным престижем, или романтической дурочкой, соорудившей "любовное гнездышко". А может быть наоборот, ничего не заметит? Мужчины всегда замечают лишь то, что хотят увидеть. Детали, тонкости, нюансы - не для них. Обратите внимание, мужчины различают только основные цвета спектра: красный, желтый, зеленый... (главные для них цвета). А, например, сиреневый, бордо, каштановый для них пустой звук, об оттенках и не говорю. Теплые и холодные цвета они воспринимают как баню и холодильник соответственно.
Но... Батыр не такой.
Так. В доме лишь одна картина и та выбрана не мной, подарена Марату на тридцатилетие. Надо прикупить еще парочку, сейчас как раз открылась выставка молодых художников. Что еще? Немедленно убрать идиотские самурайские мечи! Нет, пусть остаются, мужчинам нравятся такие игрушки. Цветы... Надо поставить несколько горшков с цветами в кабинет Марата, а то там так официально и неуютно. За книги не волнуюсь, предмет моей гордости, Батыр оценит. Укоряю себя за мебель в гостиной, все из-за Марата, уговорил купить бездушные итальянские витрины и комод! Но тут ничего не поделать, пусть стоят. В ванной надо убрать излишнее количество баночек и тюбиков, чтобы Батыр не подумал, что меня зациклило на внешности. А я не такая как все. Что надеть? Вечернее платье. В домашней обстановке? Не пойдет. Джинсы и футболку? Слишком просто. Блузку и юбку? Официально. Голова кругом. Ладно, еще есть время подумать. Что подать к столу? Торжественный ужин? Нельзя, Марат еще что-нибудь подумает. Простой семейный ужин? Нет, этого не хочу я. Будет нечто среднее. Немного икры, чуть-чуть деликатесов и что-нибудь мясное. Спиртное? Об этом пусть болит голова Марата. И все-таки, что-то я упустила. Ну, конечно, в доме не хватает веселья, радости, легкомысленности. Что же предпринять? Куплю китайского божка, он такой забавный и приносит в дом счастье. Так хочется счастья!
- Да что с тобой, ты не в себе?! - расспрашивал Марат в день ожидаемого визита Батыра.
Я ходила по дому, любовалась выбранными картинами, улыбалась китайскому божку и прислушивалась к запахам, доносящимся из духовки. Я жила ожиданием. А вопросы оставь при себе, дорогой мой муженек!
Раздался звонок. Я не стала торопиться к двери. Пусть мужчины сами познакомятся, для них это необычайно важный, особенный ритуал, как у пигмеев с острова Тонго. Честно говоря, понятия не имею, какой ритуал у пигмеев, и живут ли они на острове Тонго. Их проблемы, где хотят, пусть там и живут, мне сейчас не до них!
-- Рима-а-а, - раздался зычный голос Марата, - встречай гостя!
-- Здравствуй, Батыр.
- Здравствуй, - у Батыра в руках букет полевых цветов, почти такой же, как тогда у ресторана. Сколько же времени пролетело с того дня!
-- Спасибо за цветы.
За ужином никак не завязывался непринужденный разговор. Я не решалась задавать вопросы и он, вероятно, испытывал те же чувства. На помощь пришел Марат, ставший рассуждать о глобальных мировых процессах. Постепенно мужчины увлеклись разговором, с облегчением заметила, как заинтересованно выслушивал Марат доводы Батыра, с каким блеском Батыр отстаивал свои аргументы.
- Необходимо диверсифицировать золотовалютные резервы страны, - поражаюсь, где они откапывают такие мудреные слова! - Ориентироваться на доллар становится опасно. Новая валюта, евро, привлечет к себе значительные капиталы, тем самым, ослабив доллар. А американцы, увлекшись региональными войнами, могут нанести ущерб собственной экономике, что, как следствие, отразится на их валюте.
-- Логично! - Батыр начинал нравиться Марату.
Не ручаюсь за точность процитированного, мужчины любят пустые разговоры о том, что от них совершенно не зависит, поэтому точность здесь не важна (и почему-то при этом они обвиняют нас в болтливости!). Важно, что они нашли общий язык, а предмет разговора значения не имеет.
Я наблюдала за Батыром. Время тоже поработало над его внешностью, но, с удовлетворением отметила, не испортило. Густая шевелюра еще не разбавлена сединой, он строен и подтянут. Однако, морщинка меж бровей стала еще глубже, на руках заметно обозначились кровеносные сосуды.
Наконец, мужчины изъявили желание покурить. Меня это обрадовало, необходимо было как-то успокоить волнение, переварить первые впечатления.
Они закрылись в кабинете Марата, а я ушла на кухню. За окном была ночь. Переведя взгляд на кактус, стоящий на подоконнике (обычно он такой колючий и злой), вдруг увидела, что он расцвел. Нежный, еще совсем маленький цветочек, только собирался раскрыть свои лепестки, а для этого ему необходимы яркие солнечные лучи.
Завтра будет ясный и теплый день! Я уверена.
Батыр
Ваза, все-таки, дороже, чем стоящие в ней цветы
Марат познакомил меня с Нуриком. Полное имя он не назвал.
- Тебе это не нужно, и он этого не любит, - пояснил Марат и, выделяя каждое слово, добавил, - любимый мамин племянник.
Если в стране есть Папа, значит, рядом должна быть Мама. А родственников жены, говорят, лучше не трогать, себе дороже будет. Особенно, любимых.
Встреча состоялась в боулинг-центре. Хорошее заведение для встреч. Демократично и, одновременно, престижно.
- А самое главное - шум, - пояснил Нурик, - меньше вероятности, что нас прослушивают.
Он уже выпил, язык слегка заплетался. Бесконечно трезвонящий мобильный телефон не давал возможности приступить к разговору.
- Мурик, - обращался он к кому-то по телефону, пытаясь перекричать грохот шаров, - если ты не подпишешь постановление, то будешь дуриком. Я тебе обещаю. А за последствия не волнуйся, отвечаю.
Наконец он повернулся ко мне.
- Извини, дела. Тебя рекомендовали серьезные люди. Так что, давай, выкладывай, что у тебя стряслось.
Я попытался кратко изложить суть дела, но телефон опять прервал наше общение.
- Так и передай Сереге, - внушал кому-то Нурик, - за лицензию расчет получен полностью. Если не подпишет, то я за себя не отвечаю. Так и передай, понял?
И обращаясь ко мне:
-- Этот Серега, как школьник. Вызвали к доске, а он молчит.
-- А что за Серега?
-- Вот он, - и ткнул пальцем в телевизор.
На телеэкране министр геологии и нефти важно рассуждал о грядущем подъеме экономики страны. Тут меня осенило, значит под "Муриком" он имел ввиду второго человека в правительстве. Кто же еще у нас подписывает постановления? Ни фига себе, "Мурик-дурик"! Я срочно заказал дополнительную порцию виски.
Выслушав мою историю и глотнув виски, он произнес вердикт.
- Дело серьезное, но я тебе помогу. Твоих покровителей надо уважить, - и стал набирать чей-то номер телефона. - Алло, Маке, добрый вечер. Это Нурик. Прошу прощения за беспокойство, надо встретиться. Нет, завтра не могу. Хорошо, сейчас подъеду. Спасибо.
Он выпил еще порцию виски.