Если Фиддлстикс просто использовал дарованную Офис силу, то это хоть немного могло успокоить его ненавистников, но если это была его естественная мощь, то с ним нужно считаться, и к сожалению никто не мог сказать какой из вариантов действительно верный.
— Кто желает говорить первым? — поинтересовалась для вида Офис, уже заранее зная ответ. Всё же на всех собраниях начало было одинаковым.
— С вашего позволения, начну я. — Шалба Вельзевул неизменно брал первое слово. — Не так давно мы все обсуждали момент объединения Библейских в один альянс, и этот роковой момент настал. Буквально через несколько дней начнётся саммит глав демонов и ангелов, и именно на нём будет официально заключён союзнический договор.
— Но почему так скоро? Если я не ошибаюсь, то по нашим оценкам это должно было произойти в течение пары лет, но никак не в такие короткие сроки. — высказался один из представителей магов.
— Этот союз уже фактически заключён, осталось лишь официально объявить о нём, так что верхушка Библейских решила не затягивать и сделать всё скорее. Ну и думаю можно сказать спасибо одному прогремевшему в Японии событию, как и одному из наших «соратников». — Крузерей весьма красноречиво посмотрел прямо на Фиддлстикса. — После смерти Кокабиэля разрозненность в рядах падших начала угасать, ибо у Азазеля больше нет значимых противников среди них, да и в Церкви выловили кучу предателей и двойных агентов, что позволило ангелочкам вздохнуть свободнее, вот они видимо и решили воспользоваться удачным моментом для символизма. Скажем спасибо Фиддлстиксу за это.
— Всегда пожалуйста. — с ехидной улыбочкой ответил Арата.
— А ты, как я вижу, в хорошем настроении после своего проступка.
— М? А чем я успел провиниться?
— Даже и не знаю. Может быть своим вмешательством в те события, которые были нам на руку? Если бы Кокабиэль победил, то о союзе Библейских можно было бы забыть, а они сами себя ослабили, чем мы бы и воспользовались. Но вмешался ты и всё пошло через одно место.
— Ммм, как интересно. То есть я помешал вашим ах*ительным планам в крысу воспользоваться услугами вашего кровного врага против других своих ненавистников. Хотя, вам ведь не впервой пользоваться услугами своих пернатых врагов.
— На что ты намекаешь, пугало? — с вызовом спросил Шалба.
— Намекаю? Я? Муха, это не намёк, только констатация факта.
— Как ты назвал меня, чернь? — вроде спокойным, но полным угрозы и гнева голосом спросил демон.
— Неужели тебе не нравится? Я думал для тебя это естественное состояние. Ты ведь Вельзевул, Владыка Мух, так разве не логично с моей стороны обратиться к тебе соответственно, как к самой крупной мухе здесь?
На такое пояснение Локи, Вали, Цао и некоторые другие представители их команд позволили себе ухмыльнуться, а вот маги и другие представители демонов испытывали смесь из недоумения и нарастающего гнева, хотя до состояния самого Шалбы им всем было далеко.
— Наглый сопляк. Ты всерьёз считаешь себя неприкасаемым? Может пора показать тебе ошибочность такого заявления?
— Тц, типичный демон, сразу лезешь в драку. Хотя, легко кичиться силой, особенно когда она заёмная, правда? — намекая на наличие у Шалбы змеи Офис сказал Ишимура.
— Ублюдок, я тебя…
— Закрой свою пасть, отродье. — Арата перебил своего оппонента, его голос начал отдавать холодом и металлом, лицо лишилось любого намёка на улыбку, а весь его вид начал источать угрозу и холодную ярость. — Задрало слушать твой жужжащий гундёж, насекомое. Только и можешь, что ныть и требовать к себе раболепия.
— Да как ты смеешь лаять на меня, ша…
— Я сказал тебе заткнуться. — в этот раз от Араты разошлась волна пронизывающего холода, заставившая Шалбу замолчать, а всех остальных участников собрания напрячься. — Позволь напомнить тебе и твоей шайке одну важную вещь. Я не часть Бригады Хаоса, и ни ты, ни кто-либо другой здесь не имеет право так обращаться ко мне. Говорить со мной так имеет право только Учитель, так что помни своё место, отродье, иначе я сам тебе его напомню. И да, Кокабиэля я убил по личным мотивам, ибо мы с ним уже на тот момент были врагами, не без помощи постороннего влияния, и знаешь что? Он хотя бы достоин моего уважения, ведь даже перед лицом смерти не дрогнул и стоял до конца, а ты прячешь свою трусость и никчёмность за громкой фамилией и гордыней. Ни ты, ни кто-то из твоих заводил не достоин иного обращения от меня, и если тебе так охота это оспорить, то вперёд, покажи что можешь. Но запомни одно, если ты ещё хоть раз посмеешь показать зубы и проявить неуважение в присутствии моего Учителя, то я вырву тебе кадык, а после засуну глубоко в клоаку, безмозглое насекомое. Надеюсь ты меня услышал.