Ему удалось одолеть Древнего Бога, что в любом случае является огромнейшим достижением, но перед своей смертью Йогг-Сарон успел оставить своему убийце крайне неприятную подлянку, от которой Арата не мог избавиться, даже со своими нынешними силами. Даже больше. Офис тоже не решилась пробовать это делать по некоторым причинам, потому Ишимура был вынужден смотреть на мир с совершенно изощрённой, безумной и уродливой стороны.
Проклятие Плоти заставило парня видеть весь мир и его обитателей в виде живого мяса и ошметков плоти, и так постоянно. Арата не видел красоты людских лиц, произведений искусств или текста книг, лишь уродливые кровавые куски. Касалось это и людей с другими расами, ведь впервые увидев человека под таким «мировоззрением» Арата едва не убил того на рефлексах, приняв за монстра из барьера. И самое противное было в том, что именно живые существа выглядели уродливее всего. Словно ходячие мясные мешки на ножках, с разбросанными по всему телу глазами и ртом, и такое описание было ещё самым невинным из возможных.
Ситуация была «весёлой», ведь Арата не мог ни видеть лица людей и других живых существ, не мог видеть природу, пейзажи, технику. Да что там, он даже книгу прочесть не мог, ведь вместо текста видел лишь кровавые пятна. Несложно представить насколько сильно такой «предсмертный подарок» рушит мировоззрение и психику, ведь человек буквально попадает в кромешный Ад, где не может ни на что отвлечься.
Непонятно хотел ли Йогг-Сарон таким образом лишить Арату радости победы, просто свести с ума или уподобить его монстру, но эффект от этого был действенным, ибо даже Ишимура прекрасно осознавал одну простую вещь. Если он и раньше не особо горел любовью к людям, то теперь он даже не будет видеть в них этих самых людей, только ходячее мясо издающее людские голоса. Однако ситуация была не настолько катастрофической, как выглядит на первый взгляд, ведь кое-что Проклятие Плоти сделать не смогло.
Арата всё же видел Офис в её привычном виде, как и своих воронов. В Эдельвудском Лесу всё также было обычно, только в некоторых местах появились залежи подозрительной зелёной руды, а в последствии выяснилось, что все, кто хоть что-то значат для Ишимуры, были в его глазах в прежних обличиях. Специально ли Йогг-Сарон сделал так, или же безумная привязанность к этим людям и своим силам Араты сумела частично нивелировать воздействие проклятия, на это ответить было невозможно, но факт остаётся фактом. Моральные и психологические якоря Ишимуры остались с ним, чему сам он был невероятно рад, особенно на фоне своего нового взгляда на мир.
Офис хотела бы помочь своему ученику снять проклятие, но к сожалению даже она сейчас была не в силах это сделать. И нет, дело не в силе самого проклятия, а в его природе, и это стало вторым, самым жутким и тёмным итогом победы Араты. Рассказав Офис о своём противнике и битве с ним, а после и о полученных силах парень мог впервые в жизни лицезреть на лице Уроборос эмоцию, которую не ожидал увидеть никогда. Он вообще считал это невозможным, но реальность была красноречивее всех слов. Арата впервые в жизни увидел испуг на лице Офис. Казалось в какой-то момент она и вовсе была готова отпрыгнуть от него, как от источника своих страхов, и у причины такой реакции было вполне конкретное название.
— Бездна… — Офис действительно показала шок и испуг на лице от этого слова, точнее факта появления её у Араты.
— Офис? Всё нормально? — теперь уже была очередь Ишимуры пугаться за своего учителя. — «Она… боится? Но… это ведь невозможно. Во всяком случае так я раньше думал». — только вот весомая волна подпитки от чьих-то страхов говорила сама за себя.
Офис же абсолютно не церемонясь схватила голову Араты обеими руками, дабы его взгляд точно совпадал с её.
— Арата, а теперь слушай меня очень внимательно и внимай каждому слову. — голос Офис не терпел никаких пререканий. — Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Ни при каких условиях. Никогда даже не смей думать о том, чтобы применить Бездну. Никогда. Ты меня услышал?
— П-подожди, откуда такая реакция? Офис, ты сама на себя не похожа.
— Арата, я сейчас абсолютно серьёзна. Никогда не смей даже думать об этом.
— Но почему? Откуда столько страха по отношению к Бездне? — слегка недоумённо спросил Арата.