— Могу я узнать конкретнее о причинах такого поступка? — поинтересовался Арата.
— А разве это не очевидно? Иметь шанс защитить себя и свою семью, дабы такой ситуации более не повторилось. Ну и семья Ситри начала защищать моих родителей, также сильно помогли им с работой. Да и, если быть честной до конца, мир магии мне интересен, так что в этом предложении я увидела шанс лучше в нём разобраться. Конечно моё решение нельзя назвать лучшим, но… тогда мне хватило этих причин для согласия.
— Не могу тебя в чём-то винить. Даже больше, на твоём месте я бы скорее всего поступил точно также.
— Если я ответила на твой вопрос, то теперь снова моя очередь спрашивать.
— Да, я слушаю.
— Что с тобой произошло за каникулы? — спросила Момо. — Ты внешне будто мёртв внутри, и я не единственная это увидела.
— Мёртв внутри говоришь… Ну, отчасти это даже правда, если посмотреть фактам в лицо.
— И всё же?
— Хм, знаешь, ответ наверное покажется тебе неудачной шуткой, ведь моё состояние связано с очередным монстром и его поглощением.
— … - выражение лица Момо в этот момент было как отдельный вид искусства. Примерно также на Арату смотрела Широне во время своего коронного выражения «Семпай, вы — страшный». — Ты сейчас так шутишь? Сколько таких монстров ты поглотил?
— Трёх. И нет, я не шучу, хотя часть меня и хотела бы воспринимать это как шутку.
— … Ладно, допустим. Допустим ты в очередной раз принял в себя какую-то сомнительную сущность.
— «Так, это прозвучало странно и очень неправильно». — про себя подумал Арата.
— Но почему ты тогда такой убитый? Неужели ты опять…
— Нет, я не проиграл и не умер, хотя и был максимально к этому близок. — «А в момент максимальной боли и вовсе на мгновение молил о смерти, но об этом я не скажу никому». — Победить-то я победил, да и награду за это получил приличную, вот только… у моей победы было одно очень неприятное последствие, от которого у меня нет возможности избавиться. Собственно в этом и заключается причина моей подавленности.
— Так что конкретно с тобой произошло?
— Скажи, что ты видишь перед собой? — ответил вопросом на вопрос Ишимура.
— В смысле «что я вижу»?
— Что ты видишь перед собой прямо сейчас? Какой пейзаж, предметы и прочее? Просто ответь.
— Странный вопрос. — прокомментировала Момо, но всё же начала отвечать. — Я вижу закат солнца, площадку с детскими горками, качели, растительность вокруг, периодически идущих мимо людей, птиц.
— Ясно. — с долей грусти ответил Арата. — Если честно, то я тебе очень сильно завидую, подруга. Многое бы отдал, лишь бы увидеть вечерний закат.
— Завидуешь? Но почем… неужели ты ослеп? — высказала Ханакай свою догадку.
— Знаешь, а ты не так уж и далека от истины, хотя этот вариант мне бы понравился гораздо больше реального.
— Так что произошло?
— Как тебе сказать… Ты видишь закат, а мне видится лишь мутное кровавое полотно без солнца и облаков. Ты можешь смотреть на растения, а я вижу сделанные из плоти конструкции, словно созданные маньяком-мясником. Ты различаешь людей, а я… а я вижу только вывернутые наизнанку ходячие кучи мяса, что говорят людскими голосами.
— Не уверена, что понимаю о чём ты.
— Хмммм. Перед своей смертью поглощенный мной монстр успел оставить мне прощальный подарок в виде проклятия, которое я на данный момент не могу снять. Оно не смертельно, но очень сильно мешает мне жить, ведь я буквально вижу мир в виде результата массовой мясорубки. Люди, демоны, боги, даже простая мебель и вещи. Абсолютно всё я сейчас вижу как куски плоти и живое мясо. Даже книгу почитать или посмотреть телевизор не могу, ибо вижу их в таком виде и не понимаю что там происходит на самом деле, про еду и вовсе промолчу.
— …
Момо не понимала что ей на такое сказать. Она бы очень сильно хотела, чтобы это всё было крайне неудачной шуткой, за которую Арату нужно побить, но… его глаза говорили о другом. Такой убитый, опустошённый, полный зарождающегося отчаяния и тоски взгляд. Его просто нельзя было подделать, и он говорил об эмоциях Ишимуры лучше любых слов. Да и Момо просто не могла не заметить того как парня потряхивало от его же собственных слов. Такая реакция была слишком правдивой, а чувства девушки и без этого говорили, что на протяжении всего рассказа он не врал, как бы сложно ни было поверить в его слова.
— Я… я не знаю, что на это сказать…
— Здесь нечего говорить. Теперь мой вопрос, так ведь? — Момо слегка заторможено кивнула, всё ещё обдумывая сказанное Аратой. — Довольна ли ты своим положением Фигуры у Ситри сейчас?