— Сколько времени? — спросонья спросила.
Сначала посмотрела за окно. Солнце спряталось за тучами и шёл небольшой дождь, отчего происходила путаница во времени. Зато капельницы не было, а на месте иглы красовался небольшой белоснежный пластырь.
— Пять часов вечера, — ровно бросил Лирссман, продолжая печатать и одновременно разговаривая со мной. — Как себя чувствуешь?
На пару секунд замолчала, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Ничего не болит. Но хочу пить и…есть.
Вскоре я уже сидела на кухне за столом, уставленным исключительно полезной и какой-то пресной едой. Всё варённое и пареное, только на тарелке перед Лирссман сочный мясной стейк с дольками запечённой золотистой картошки.
— Я тоже хочу мясо, — обиженно протянула.
Мужчина приподнял скептически бровь, разрезая свой стейк и отправляя первый сочный кусочек в рот.
— Несколько дней ты на диете. Будет тебе урок, что переедать что-либо вредно.
Насупилась, подцепляя приготовленный на пару перец, отправляя в рот.
Как-то в детстве я отравилась клубникой. Отец прислал курьером несколько ящиков с ягодой, а пока мамы не было дома, я налопалась от души. Потом лежала в больнице с серьёзным отравлением. К слову, клубнику так есть и не перестала. Зато мама знатно поссорилась с отцом, запретив нам видеться месяц. С тех пор, всё, что касалось еды, мне отправляли дозировано. Но тот период запомнился больше безвкусной пресной едой, особенно воротило от куриного бульона без капли соли. То ещё дерьмо! Подобных случаев не было до сегодняшнего дня, но тут хоть немного соли ощущала.