Вот тут поразилась больше, превращаясь в статую самой себе, переставая замечать все звуки и лёгкий снегопад за окном.
Тему таблеток я с Лирссман не поднимала, желая в будущем использовать это, как козырь, но сейчас супруг сознался сам, и я совершенно не представляла, как реагировать. Только радовалась, что Ришард не стоит передо мной здесь лично, и не может считать мою истинную реакцию.
— Я знаю, — ровно произнесла спустя, как показалось, целую вечность молчания.
Наступила очередь удивляться мужчине. Ведь явно, по его логике, я должна была придушить его во сне за столь опрометчивый поступок, или подсыпать яд в еду. Но моё бездействие в данном вопросе никак не клеилось со мной «настоящей».
— И давно ты в курсе? — аккуратно спросил.
— Давно. Практически с первого дня, как узнала о беременности, — честно созналась, присаживаясь на край подоконника.
— Почему молчала?
— На тот момент ты и так уже всё сделал, Ришард. Мой праведный гнев ничего бы не изменил. Хотя, планировала использовать это в будущем против тебя, но ты сам сознался. Так что… — не договорила, тяжело судорожно вздыхая, прикусывая губу.
Наш разговор больше походил на бред при горячке во время простуды, и в голове до сих пор не укладывалось, что Лирссман ведёт себя…нетипично.
— Я не собираюсь разводиться с тобой после рождения сына, — жёстко заключил, словно ставя меня перед фактом.