А когда я упала в обморок…
Придя в себя, явственно ощущала на себе запах мужской туалетной воды, но отчего-то решила, что мне просто кажется, а сейчас понимаю, что Лирссман не просто мог поднять меня с пола и свалить на диван. Нет. Он явно удерживал меня в своих объятиях какое-то время, пытаясь привести в чувства. И опять-таки…
Ришард не тот человек, кто бросается спасать девиц с улиц. Скорее, он бы вызвал своих охранников и они бы сами перетащили меня на диван, а мужчина продолжил бы заниматься своими делами. Максимум дополнительной помощи он бы оказал, вызвав врача. Да, Тайсон осмотрел меня, напичкал какими-то лекарствами, но… Лирссман отвлёкся от своих дел ради меня.
Погрузившись в воспоминания, вылавливала то одно, то второе, свидетельствовавшее о том, что я не была безразлична Ришарду с самого начала, но чем больше мы находились рядом друг с другом, тем активнее мужчина становился, жаждая всё больше моего внимания, действий и, в конце концов, решая соединить нас окончательно. Ребёнок решал многое. Лирссман верил, что после родов никуда не денусь, и знатно напрягся, поняв, что во мне отсутствует материнский инстинкт. Он злился не на моё равнодушие к ребёнку, а на самого себя. Его план не сработал в кое-то веки, моя ненависть достигла критической отметки, и мужчина растерялся, что совершенно на него не похоже.