Присаживаюсь, делаю подсечку, и девушка падает на колени. Следом выпрямляюсь, ударяя кочаргой по женскому боку. Карэн заваливается на пол, шипя разъярённой кошкой.
— Сука! — восклицает, вкладывая в интонацию всю ненависть.
Не могу понять откуда, но в руках брюнетки оказывается ещё один нож, которым она пытается полоснуть меня по ноге, но в последний момент отпрыгиваю назад, разворачиваюсь и выбегаю из кухни.
Адреналин бурлит в крови, глаза цепко сканируют пространство, пытаясь найти лазейку, но я даже не успела осмотреться в этом доме, отчего сейчас чувствую себя в западне. Интуитивно бегу в самый конец жилища, забегая в одну из комнат и захлопывая за собой дверь. Замка нет, и это паршиво. Успеваю просунуть в дверную ручку кочаргу, один край упирая в стену. В этот самый момент деревянное хлипкое полотно дёргается, но только появляется небольшая щель, через которую вижу искорёженное в гримасе отвращения и безумия когда-то идеальное лицо.
Быстро отхожу назад, в самый конец, прислоняясь к стене около небольшого окна.
«Я в ловушке».
Слишком отчётливо улавливаю своё удручающее положение, и от безысходности сползаю по стенке на пол. Ноги, как ватные, кажется, я их вовсе не ощущаю. Думаю не про себя, а про ребёнка. Да, он совсем маленький, кто-то умудряется на таком сроке нелегально проводить аборты, но сейчас…