Я печально смотрю на горку ставшего бесполезным стройматериала, секунду назад представлявшегося отдельной личностью, пускай и с кучей проблем и забот. Украдкой подцепляю носком ботинка упавшую табличку с именем работника, так не вовремя подвернувшегося под горячую руку Карона. Кто там? Незнакомая фамилия — Челнокова. Может из новеньких?
- Вывод? В основу пирамиды психики необходимо закладывать несколько фундаментальных ценностей, так сказать, когда выбывание одной: по случайности, в силу еще каких-то обстоятельств... Не должно привести к разрушению всей структуры личности. И общая устойчивость к внешним потрясениям возрастет.
- А если в вершину пирамиды поместить Бога? - Задание босса толкает меня на поиски решения даже в не самых подходящих местах. - Что получится? Пирамида приобретет же неуязвимость от мирских напастей. У тебя, случайно, не завалялся «кирпичик» с истинным именем Бога?
Погранец недоуменно смотрит на меня, потом озадаченно чешет шевелюру. Конечно, этому атеисту такая простая религиозная мысль и в голову не могла прийти.
- А что, ты можешь любого разложить, по таким, - Я киваю головой на груду,
- Элементарным составляющим?
Погранец, задумчиво замерший над жалкими останками ещё недавно прекрасной конструкции, кивает головой:
- Конечно.
Огромная зала, о которой даже никогда не подозревал, предстает передо мною во всём своём ужасающем величии. И Костя помалкивал, как рыба об лёд. Брожу между материализованными образами знакомых мне людей. Там и сям из пола торчат тоненькие прутики с пластиковой табличкой наверху. Порою попадаются совсем незнакомые фамилии. Вот, вроде, один из сотрудников секретариата. Пирамида выглядит вполне себе устойчиво. Радует, что развалившиеся конструкции встречаются нечасто. Подхожу к одной из печальных куч... И тут не могу сдержать изумления – на табличке, теперь смахивающей на надгробие, имя и фамилия моего, уже бывшего, начальника.
- Амъ… ам… а…, - ничего более связанного у меня сказать не получается.
Карон же только пожимает плечами:
- Развалилась недавно в ходе работы.
Работы? Неудачный эксперимент с непристойными надписями?
- А где моя?
Он нехотя кивает куда-то в мрачную глубь помещения. Я тихонько начинаю пятиться - смотреть насколько в данный момент устойчива моя личностная структура, почему-то совсем не хочется. Неожиданно запинаюсь о напольную вазу полную мелких монеток, которые с весёлым звоном разлетаются в разные стороны. Чёрт! Карон бросается собирать свою разбежавшуюся по полу коллекцию.
Я же оставляю кабинет Погранца с его «колдовством» и выхожу в темноту коридоров. Некоторое время стою у стены, собираясь с мыслями. Образы перевёрнутых пирамид в разрезе их устрашающего функционала здорово меня пугают. Насколько бы спокойнее жилось без этого случайного откровения.
И только-только среди теней мрачных коридоров достигаю душевного равновесия, как отвратительный вой заставляет сердце сжаться в аритмическом спазме. Что за... ? Кручу головой, чтобы сориентироваться с направлением. Иду на звук. Ага, лаборатория академических испытаний. Очередной жуткий вой буквально распахивает передо мною филёнчатые двери. Вхожу. Два лаборанта, нецензурно ругая весь белый свет, запихивают дурно орущего кота в какой-то металлический ящик. Моего появления они, конечно же, не замечают, занятые более насущными проблемами - кот растопырив лапы не влезает в открытую крышку, стараясь при этом дотянуться когтями до оголённых участков «заботливых» рук.
- Эй! Вы зачем животину мучаете? – кричу я, с ходу вклиниваясь в непонятный ритуал банального живодёрства.
Один из лабов поворачивается, чем не медля пользуется жертва и молнией выворачивается из всего одной оставшейся пары рук. И в ходе экстренной эвакуации роняет какие-то склянки и мимо меня, буквально размазавшись в пространстве чёрным пятном, с воем вырывается через открытую дверь на свободу. Крики, ругательства и стоны уже не могут остановить его.
- Черт!
- Проклятье!
Я удивлённо принюхиваюсь:
- Эй, парни. У вас всегда так прекрасно миндалем попахивает?
Лаборанты испуганно водят носами не хуже тренированных ищеек, один заглядывает в ящик, куда так и не попал кот, зажимает рот одной рукой, второй машет, пытаясь нам что-то сообщить на языке глухонемых. Я ничего не понимаю, зато его напарник быстро хватает меня за полу пиджака и тащит за собой по следам бегства кота. Дружно выскакиваем в коридор, замыкающий спиной придавливает дверь. С трудом перевожу дыхание. А здесь совсем не скучно! Лаборанты пыхтят не хуже паровозов, экстренно сбрасывающего лишние пары.