— Определенно, — кивнул Распутин. — Но всегда лучше пожертвовать одним, чем подвергать опасности сотни тысяч.
— А если этим одним окажитесь, например, вы? — снова не сдержал я язык за зубами.
— Хороший вопрос, Михаил Семенович, — Распутин отложил скальпель и посмотрел на меня. — Пока нам не встречались копии управителей. Но, если верить вашим словам, подменять ворожей полозы в состоянии.
— Видел собственными глазами. — Подтвердил я. — Но так и не понял, как им это удается.
— Мы считаем, что полозам необходима часть плоти настоящего человека для создания копии, — Распутин продолжил вскрытие и подобрался к черепной коробке. — Волос, кусок ногтя, зуб, возможно, кровь. Получить нечто подобное весьма просто. И вот к чему это приводит…
С противным хрустом череп копии лопнул, и мы увидели бурую липкую субстанцию. Распутин запустил в нее руку в перчатке. После чего достал наружу человеческий палец.
— Вот что послужило началом этого отвратительного создания. — Он продемонстрировал нам жуткую находку. — Итого, если принять во внимание время отсутствия Анны, то полозы могут создать человеческую копию за три дня. И если им удастся поглотить оригинал, то они могут получить и часть воспоминаний. Например, это создание обращалось к охраняющим наш покой солдатам по именам и пыталось избежать проверки.
— Но зачем она хотела сюда проникнуть? — задал я не дающий мне покоя вопрос.
— Хотел бы я знать, — протянул Распутин, стягивая с рук перчатки. — Возможно, чтобы получить материал кого-то из руководящего состава или… — взгляд преподавателя вновь обратился ко мне, черные глаза немного прищурились, — … кого-то из учеников.
— Но… как же… — все та же зеленоглазая девушка обняла себя руками и зябко поежилась. — Зачем им мы?
— Из-за вашего исключительного положения в обществе, — пояснил Распутин, — и тех привилегий, которые вы получите после окончания Особой академии. Нам пока неизвестно, должны ли полозы делать копию сразу или могут отложить ее создание.
— Она может дозревать в коконе, — предположила Дарья.
— Возможно. — Согласился преподаватель. — Солдаты обыщут окрестности в поисках гнезда.
У меня имелись сомнения насчет целесообразности подобных поисков, ведь когда мы с агентами рыскали по ведьминому лесу, то не нашли ничего подозрительного. Если бы не помощь Златы, то события могли бы принять весьма скверный оборот. Но вместо того, чтобы ставить под сомнение слова Распутина, я решил посильно помочь ему:
— Попробуйте послать порченых, Григорий Ефимович. Кто знает, если они реагируют на копии при прикосновении, может смогу почуять что-нибудь неладное рядом с гнездом.
— И снова вы удивляете меня, — покачал головой Распутин. — Весьма интересная догадка, которую следует проверить. Я передам ваши слова начальнику Академии.
— И еще, — я снова взглянул на мертвую копию, — они могут приступить к активным действиям, если их раскроют. Поблизости есть гнезда?
— Исключено. Территория вокруг столицы проверяется ежедневно, — покачал головой Распутин. — Особенное внимание уделяется и Академии. Поэтому, — черноволосый мужчина обвел всех присутствующих тяжелым взглядом, — курсантам запрещено покидать эти стены.
— Но многие хотели посетить отчий дом, — начал было князь Зорский.
— Сейчас это неоправданный риск, — прервал его Распутин. — Покуда поблизости орудуют полозы, неприятности могут поджидать вас прямо на дороге. Ни вы, ни ворожеи пока не в состоянии дать должный отпор извергам и полозам, а утрата одаренных людей станет ударом для всей Империи. Посему каждый из вас проведет в Академии столько времени, сколько потребуется. Лаврентий Демидович сегодня же выпустит соответствующую бумагу.
— Но… — голос Николая Шереметьева дрогнул, — мне нужны особые лекарства.
— Телеграфируйте домой, и пусть их доставят к воротам. — Велел Распутин тоном нетерпящим возражений. — И все вы можете телеграфировать родным и близким и сказать, что задержитесь здесь. О причине говорить не следует. По крайней мере, пока. Сошлитесь на особые занятия и личное распоряжение начальника Академии. Если у ваших родителей возникнут вопросы — пусть они адресуют их лично Лаврентию Демидовичу.
— Х-хорошо, — кивнул Николай и отступил назад. Кажется, он побледнел сильнее обычного.
— Михаил Семенович, — обратился ко мне Распутин и быстро взглянул на Дарью, — у вас же тоже имеется, кому сообщить. Не так ли?
— Определенно, — намек я понял, но и без него планировал связаться с Нечаевым.