— Пока, парни! Убедитесь, что всё время говорите: «Привет!» моему другу Эйдену, когда встречаете его в школе!
Они просто кивают, обращая, наконец, внимание на директора Болдуина, и заставляют себя отвести от Колтона глаза, чтобы не врезаться в стену.
Спровадив детей внутрь, в безопасность школьных стен, мамочки под любыми глупыми предлогами стараются задержаться в школьном дворе. Например, чтобы перешнуровать тенниски, которые и так были неплохо завязаны, держа при этом глаза совсем не на своей обуви. Выискивая что-то в своих безразмерных сумках без возможности это найти, потому что взгляды их сфокусированы на Колтоне.
— Вы тоже, мальчики, — обращается директор к моей троице.
Колтон вопросительно смотрит на меня, и я незаметно киваю, давая понять, что это именно тот тип, про которого я рассказывала, и который всегда принимает сторону обидчиков Эйдена. Колтон обращает свою убийственную улыбку Болдуину и произносит:
— Минуточку, пожалуйста, сэр. Я только попрощаюсь со своими мальчиками, — не думала, что улыбки на их лицах могут стать шире, но именно это и происходит. Колтон поворачивается, чтобы поговорить с мальчиками, а потом снова обращается к директору Болдуину:
— В следующий раз, сэр, вам неплохо бы помнить, что Эйден говорит правду. Домой нужно отправлять хулиганов, а не таких хороших парней, как он. Он не идеален, но то, что он приезжает к вам не из родительского дома, не делает его априори виноватым.
Колтон ещё некоторое время пристально смотрит на Болдуина, а затем отворачивается от его широко распахнутых изумлённых глаз, фактически игнорируя его. Потрясённый взгляд директора школы бесценен.
Колтон опускается на корточки, ставя Рики, Эйдена и Скутера перед собой.
Затем поднимает брови и с улыбкой смотрит на мальчиков:
— Я не думаю, что они будут доставать тебя, Эйден, — Колтон протягивает руку и треплет его волосы. — На самом деле, я думаю, больше вообще никто не будет доставать кого-либо из вас. Если же такое случится, то дай мне знать, ладно?
Все трое энергично кивают, пока Колтон поднимается.
— Время идти в класс, — говорю я им, не в силах скрыть благодарность, звучащую в голосе за всё, только что сделанное Колтоном. И вопреки обычному при этих словах ворчанию, все трое подчиняются, и, кажется, в самом деле хотят пойти на занятия.
Мы с Колтоном стоим бок о бок, наблюдая, как мальчики проходят в школьную дверь, которую придерживает для них директор Болдуин. Вокруг снуют любопытные прохожие, делая вид, что им совсем не интересно. Останавливаясь в дверях, с прежним благоговением на лице, Эйден оборачивается и говорит: «Спасибо, Колтон!», после чего исчезает внутри здания.
Когда мы с Колтоном поворачиваемся, чтобы вернуться к машине, я замечаю его взгляд — полный чувства гордости и выполненного долга. И понимаю, что у меня сейчас то же самое выражение лица.
— Почему ты согласилась сюда поехать, если не любишь кофе?
Вопреки своим лучшим побуждениям после поездки в школу я согласилась поехать с Колтоном выпить кофе. Я до сих пор в потрясении от всего, что сделал Колтон, и чувствую, что обязана, по крайней мере, уделить ему своё время в ответ на его ошеломляющее поведение. У меня перед глазами до сих пор благоговейный взгляд Эйдена. Думаю, я никогда его не забуду.
— Пусть мне и не нравится кофе, но в «Старбакс» есть чертовски вкусная еда, которая для тебя «ох, как вредна», — смеюсь я, и он в ответ качает головой. Прямо как ты, Колтон.
Мы делаем заказ под исподволь бросаемые взгляды посетителей, так как Колтон сейчас без своей бейсболки и легко узнаваем. К счастью, мы находим в углу свободный столик с двумя глубокими, удобными на вид креслами по обе стороны от него. Мы усаживаемся, и Колтон достает из пакета наши кексы, протягивая мне мою долю.
— Ты знаешь, после всего, что сделал сегодня, ты вырос до статуса Бога в их глазах?
Колтон закатывает глаза, потом берёт кусочек кекса и кладёт в рот. Я не могу оторвать взгляда от того, как высовывается кончик его языка, слизывая крошки с губ. Меня прошибает вспышка желания. Замечаю, как изгибается уголок его рта, и вынуждаю себя поднять взгляд к его глазам, которые заметили, к чему приковано моё внимание. Мы пристально вглядываемся друг в друга, разжигая тепло невысказанных между нами слов.
Девушка-бариста за стойкой выкрикивает: «Ас!», и Колтон ухмыляется, поднимаясь из-за стола и кивая, что он заберёт заказ. Я смотрю за тем, как он идёт, на его длинные, поджарые, одетые в джинсу, ноги, и на тёмно-зелёную рубашку «Хенли», обтягивающую широкие плечи и узкую талию, с закатанными по локоть рукавами, обнажающими крепкие предплечья. Смотрю на зардевшиеся щёки девушки, пока она протягивает ему наши напитки, и продолжает открыто рассматривать Колтона, когда он поворачивается и делает глоток своего кофе.