– Не разыгрывайте передо мной наивность, дорогая. Вы уже показали себя. – Его непреодолимо тянуло к ее очаровательным губкам в форме сердечка. Однако насей раз в поцелуе не было страсти. – Знаете, Шианна, мне было бы легче…
– Черт возьми, что здесь происходит?! – прогремел голос Уэйда. Он пристально смотрел на брата.
Чад пожал плечами и положил руку на плечо Шианны.
– Ничего особенного. Просто мы немного поближе познакомились. Что ж в этом плохого?
Увидев эту красноречивую картину – не говоря уже о поцелуе, свидетелем которого он стал, – Уэйд понял, что даже десяти минут оказалось много. Да, Шианна была слишком уж соблазнительна, и ни один мужчина не мог пройти мимо ее красоты. Но черт возьми, неужели Чад не понимает, чье кольцо у нее на пальце?!
– Не зашел ли ты слишком далеко, пытаясь познакомиться поближе с моей женой? – проворчал Уэйд.
Чад внезапно нахмурился. Убрав руку с плеча Шианны, он взял ее за подбородок и внимательно посмотрел в ее бездонные карие глаза.
– Ты знаешь, Уэйд, она вернула мне чувство собственного достоинства. Не надо мне завидовать. – Он подмигнул Шианне. – И я предложил ей руку помощи… на всякий случай – вдруг потребуется.
Явно озадаченный словами брата, Уэйд смотрел то на жену, то на Чада. Казалось, у них была какая-то общая тайна, которую ни один из них не собирался ему открывать. О Боже, он чувствовал ревность к собственному брату. Но почему? Ведь он всегда доверял Чаду…
Уэйд боролся с тревожными мыслями, а Чад не делал никаких попыток придумать оправдание своей привязанности к этой знойной соблазнительнице. Он еще раз чмокнул Шианну в губы и отошел в сторону, сияя как утреннее солнышко.
– Она всецело твоя, Уэйд, но, скажу тебе правду: я не уверен, что кто-нибудь из нас сможет совладать с ней. – Снова улыбнувшись, Чад добавил: – Я пойду приготовлю ужин, а ты поводи Шианну по нашему подземному особняку.
В следующее мгновение Чад исчез в туннеле. Уэйд же впился взглядом в лицо жены. Черт побери, ему хватило бы и того, что Маманти предъявлял свои права на эту привлекательную соблазнительницу. О Боже, теперь его собственный брат заявлял, что его с ней что-то связывает. Уэйду не хотелось и думать о том, что другой мужчина приникает к губам Шианны. Неужели Чад не уважает узы брака?
– Потрудись объяснить, что тут происходит, – потребовал Уэйд. – Я отпустил тебя, чтобы удовлетворить твое любопытство насчет сокровищ, а не насчет моего брата!
Сердце Шианны наполнилось радостью, когда она поняла, что мужская гордость Уэйда не столь тверда, как казалось. Возможно, он и не любил ее, но чувство собственника явно взыграло в нем. «Что ж, это уже кое-что», – сказала себе Шианна. Пожав плечами, она опустилась на колени и запустила руку в сундук. Покосившись на мужа, проговорила:
– Видишь ли, Чад хотел насильно меня поцеловать.
– И что же ты сделала? – спросил Уэйд. Он почти не сомневался: реакция Шианны оказалась для Чада полной неожиданностью.
– Я поцеловала его в ответ. И сказала ему, что не стоит так ожесточаться. Он не обречен быть чудовищем из-за того, что у него на теле несколько шрамов. Твой брат убедил себя, что не сможет общаться с женщинами, потому что изуродован кинжалом и кнутом Хедена. Но он, знаешь ли, мужчина, и утешение, в котором он действительно нуждался, могло прийти только от женщины.
– Тебя, кажется, очень заботят потребности моего брата. – Уэйд саркастически усмехнулся. – Жаль, что не мои.
Шианна снова посмотрела на мужа. Немного помолчав, сказала:
– Видишь ли, я прекрасно понимаю Чада, потому что пережила нечто подобное. Его ожесточили злодеяния Хедена и мучительные воспоминания о войне. А я выходила из себя, потому что осталась без отца, потому что не знала, где он и что с ним. – Едва заметно улыбнувшись, Шианна приблизилась к мужу. – Теперь, когда Чад думает о себе не так плохо и больше не верит, что женщины считают его отталкивающим, – что я теперь могу сделать, чтобы успокоить вас?
На губах Уэйда заиграла насмешливая улыбка. Он взял жену за руку и сказал:
– Хотя я не одобряю ваши методы, должен признать, что результаты впечатляющие. На случай, если вы забыли… Дорогая, вы являетесь замужней женщиной. Если здесь кто-то и нуждается в поцелуях, так это ваш муж. А понимаете ли вы, насколько больно видеть вас в объятиях других мужчин, в том числе в объятиях собственного брата?
Шианна изобразила удивление. Затем, пожав плечами, ответила:
– Да, наверное, понимаю. Ведь я знаю, что мой муж заходил намного дальше с теми женщинами, что оказывались в его объятиях?
Высказав эту мысль вслух, Шианна тотчас почувствовала, что настроение у нее испортилось. Когда Чад поцеловал ее, она осознала, что есть только один человек, способный зажечь в ней огонь страсти. Да, ее влекло к Чаду, но она знала, что он никогда не сможет затронуть струны ее сердца, ведь оно принадлежало Уэйду.
Разве мужчина не должен принадлежать только одной женщине, разве не должен испытывать потребность только в ней? И может ли мужчина предаваться страсти, если нет любви? И если Уэйд может, то почему не может она?
Шианна попыталась представить себя в постели с Чадом. Первой была мысль о предательстве. Ведь она знала, чего хотела, пусть даже Уэйд имел на это свою собственную точку зрения. У нее была гордость, и она не желала делить постель с Уэйдом, зная, что он мог бы найти то же самое с какой-либо другой женщиной. Если он не любит ее искренне, по-настоящему, у них не может быть ничего общего. Ее не устраивала безответная любовь. Ей больше не нужны были душевные муки и переживания.
Резко развернувшись, Шианна направилась к выходу. Уэйд последовал за ней и схватил ее за руку. Его лицо было угрожающе близко, и он пристально всматривался в ее глаза.