Если бы…
Целуй!
— Значит, мы все знакомы, — выдал Иван после того как понял, что представлять друга тут не кому.
— Ну заочно вы все знакомы, только не я, — вклинилась Морозова. — Женя! За знакомство, — подняла шот текилы над столом и хотела было выпить как…
— Ну кто так пьёт? — возмутился Даниил и протянул руку девушке, намекая о традиции.
— Она не любит соль, — фыркнула Лера, что потакала заскокам подруги и тоже пила текилу неправильно.
Но Петрович, упрямо следуя школьному прозвищу, настойчиво тряхнул рукой, звякнув замком кожаного браслета об стол. Красноречивый взгляд добавил ясности — так просто он не сдастся. Вздохнув, Малышева потянулась за солонкой, но историк умыкнул её себе и щедро насыпал Орлову. С закатившимися глазами Валерия подставила тыльную сторону ладони и повернулась к Жене. Хитрый блеск в серо-голубых глазах прикрыли пряди каштановых волос. Мелькнувшее удивление они тоже спрятали. Неожиданно для Лерки Даниил нежно взял тонкие пальчики в свою огромную лапу, повернул как ему удобно и тряхнул баночкой. Лишнее он осторожно сдул.
— Прими, Боже, за лекарство! — вырвав руку из тёплого плена и рассыпав соль на стол, резко опрокинула стопку Малышка, отвлекая Баранчика от подруги и давая ей возможность выпить, как нравится. — Это мне, — нагло стащила у бывшего учителя дольку лайма и съела её после своей. Вот пусть думает теперь, как ему самому правильно выпить. Всё же нашкодничала по привычке.
— Ведёшь себя как маленький ребёнок, — тряхнул головой историк.
— Ведёшь себя как упрямый баран, — парировала Лерка, не забывая покривляться.
Неожиданно для всех Женя засмеялась во весь голос. Она хохотала так, что грудь тряслась, привлекая внимание не только парней напротив, но и с соседних столиков. Морозова топала ногами и держалась за животик, продолжая заливаться по известному ей только поводу. Когда она захлопала ладонью по столу, на сцену вышел солист и поздоровался с залом. Только вместо привычного «э-ге-гей» и аплодисментов был слышен звонкий девичей смех, очень заразительный кстати.
— Красотка, не поделишься шуткой? — поинтересовался парень у микрофона.
— На, забирай! — вытолкнула она со стола Леру, что чуть ли не упала на пол от неожиданности.
Шатенка, тряхнув модной стрижкой и поправив рубашку, направилась прямо к музыкантам. Не первый раз она оказывается в эпицентре событий, так что надо выглядеть соответствующе: спокойно, невозмутимо, с чувством собственного достоинства. Тем более упустить возможность протолкнуться между поклонниками ближе к сцене никак нельзя. Те, кто заняли первые ряды в фан-зоне, точно не пропустят нахалку, вышедшую со столика. А так есть шанс занять своё место под софитом. Быть тут, в толпе таких же любителей хорошей музыки и танцевать вместе с ними, куда лучше, чем смотреть на раздражающую до коликов ухмылку историка, нарисовавшуюся на его лице непонятно почему.
— Ты чего не идёшь? — закончив со вторым шотом мексиканской самогонки, поинтересовался Даниил.
— Не люблю танцевать, — пожала плечами Женя, наблюдая, как Малышку поглощает неприятная ей толпа неизвестных людей.
— Тогда составишь компанию пернатому, — хлопнул друга по плечу, намекая, чтобы тот его выпустил.
Орлов, как и Женя, не любил скопление народа. Он откинулся на спинку дивана и прикрыл светло-карие глаза, чтобы ничего не мешало ему наслаждаться музыкой. Вот только червячок сомнений начал медленно точить удовольствие от нот. А вдруг его приятель не в уборную пошёл, а решил за Леркой в толпу? Да нет, бред это! Дан такой же ненавистник потных тел, как и Ванька. Он точно не переступит через себя, да и ради чего? Побесить нелюбимую в прошлом ученицу? Смешно! Он взрослый мальчик, который точно не будет маяться дурью. Или будет?
Поддавшись сомнениям, Орлов обернулся и уставился на широкую спину Лермонтова. Глаза по недоброму сощурились, а губы втянулись — явно что-то обдумывал. Иван посмотрел на подругу детства и удивился, как пропустил её взросление. Ещё вчера этот шкет пела с ними на улице, не задумываясь о смысле песни, а сегодня стоит в откровенно-сексуальных шортиках, глушит текилу под хорошую, правильную музыку, извивается ей в такт и привлекает внимание противоположного пола. Даже историк, вторящий движениям фанатов позади танцующей Лерки, поглядывает на неё с любопытством.
«Да нет, это бред!» — утешил себя Орлов. Потеревшись затылком о спинку дивана, он удобно расположился и прикрыл глаза. Скорее всего, Даня выцепил в толпе объект на ночь и сейчас будет охмурять жертву.
Первые ноты новой хитовой песни скрылись в бурных аплодисментах. Шумная толпа завелась не на шутку, увлекая Малышку за собой. Волна наслаждения подняла её на самый гребень. Лерка умелым серфингистом оседлала цунами наслаждения и требовала ещё. Любимые песни фейерверками взрывались в груди, затмевая все неудачи сегодняшнего вечера. В один момент меломанке стало глубоко фиолетово, что её продинамил парень, что бывший где-то тут зажимается с новой любовью, и что ненавистный учитель танцует под боком. Вот с последним, кстати, пришлось провозиться. Отключиться от этого было сложнее всего, но на втором припеве третьей песни удалось. Крышесносный, заводной трек, под который скакал танцпол, вытрусил мысли о мужчине.