Думаю о том, как он прикасался ко мне. О том, как он смотрел на меня, пока я сидела у него на коленях.
Мои бедра горят жаром.
Я хочу, чтобы мистер Торн пришел в мою комнату. Хочу, чтобы он прикасался ко мне, чтобы я могла прикасаться к нему. Хочу довести его до оргазма.
Одной рукой я обхватываю свою грудь, а второй провожу по животу и бедру. Между ног.
Я такая влажная, что у меня вырывается громкий, ошеломленный вздох.
Он услышал?
Я закрываю глаза.
Надеюсь, что да.
Надеюсь, он слышит абсолютно все.
Глава 18
Роман
Вилла спит, когда я тихо прохожу мимо нее утром, чтобы принять душ.
Не просто спит — она запуталась в простынях, ее обнаженное тело соблазнительно открыто, а рука лежит между бедер.
В душе мой член требует, чтобы я взял его в руку и закончил это утро так, как привык за последние четыре месяца. Но я игнорирую его. Я и так слишком много дрочил за это время, вспоминая нашу первую ночь. В следующий раз я кончу только в ней.
Резко перекручиваю кран на ледяную воду, позволяя холоду хоть немного остудить мое желание. Потом намыливаюсь и тщательно смываю пену.
Я спал паршиво на диване в гостиной и то он наверняка мягче, чем тот выцветший, испачканный краской диван, на котором она спала все эти месяцы.
Вытираюсь полотенцем, потом оборачиваю белую махровую ткань вокруг бедер и думаю, что, возможно, стоит позвонить на работу и сказать, что Вилла приболела, чтобы она могла поспать подольше.
Но в этом нет нужды — я понимаю это, когда возвращаюсь в спальню.
Вилла уже проснулась. Она сидит, свернувшись у мягкого изголовья, простыня едва прикрывает ее тело. Как будто специально ждала, когда я появлюсь в одной лишь полотенце, чтобы снова искушать меня.
— Доброе утро, — говорит она, и на губах у нее играет улыбка.
Я киваю.
Мой член дергается под полотенцем.
Вилла прыскает со смеху.
— Он тоже передает «доброе утро».
Она кивает в ответ, как будто серьезно с ним разговаривает.
— Тебе нужно сразу идти на работу?
— Нужно? Нет. Стоит? Да. Но сначала я накормлю тебя завтраком. — Я бросаю на нее жадный взгляд, пятясь к двери. — Одевайся.
— Я все обдумала, — кричит она мне вслед, пока я спешу в гостиную.
За ночь кто-то из персонала принес несколько свежих костюмов, и я переодеваюсь в классические брюки и выглаженную рубашку, а потом иду на кухню.
К тому моменту, как Вилла ко мне присоединяется, у меня уже варится кофе — в двух кофемашинах сразу.
— Обычный и без кофеина, — поясняю я. — И есть электрический чайник, если вдруг захочешь чай или…
— Кофе идеально, — она пересекает кухню и я тут же притягиваю ее в свои объятия.
— Отличный способ проснуться — увидеть тебя, выходящего из ванной с эрекцией, — шепчет она.
Я стону и опускаю губы на ее губы. На вкус она — как мятая зубная паста.
Я влюблен.
Она запускает пальцы в мои еще влажные волосы и тянет их, пока я углубляю поцелуй.
— Ты всегда их убираешь назад? — спрашивает она, когда мы наконец заканчиваем первый раунд поцелуев. Ее голос дрожит, губы припухшие.
— Да.
Она улыбается.
— Что?
— Значит, я единственная, кто видит их распущенными?
Теперь я улыбаюсь тоже.
— Да.
Она ерзает, прижимаясь к столешнице.
Черт.
— Тебе это нравится?
— М-м, да.
Я хватаю ее за талию и резко притягиваю к себе. На ней снова штаны, и я рад этому, потому что, будь на ней юбка — я бы потерял над собой контроль.
— Отлично, — рычу я, крадя у нее еще один поцелуй.
А потом ставлю кухонный остров между нами и заставляю ее признаться, какие дорогие деликатесы на завтрак оказались неожиданно вкусными для нее.
Она настаивает на том, чтобы дойти до работы пешком сама — ведь странно, если генеральный директор будет сопровождать ее прямо до кабинета.
Я не согласен. Прошло меньше суток, а мне уже кажется странным, что мы будем весь день порознь.
Вместо того чтобы подняться на этаж руководства, я иду в IT-отдел и прошу выдать Вилле новый телефон — я заметил, что у нее старенькая модель с треснувшим экраном.
Из уважения к ее личному пространству я не передаю его лично, а прошу сотрудника отнести вместе с запиской. В ней — мой номер, нацарапанный от руки, а сама записка запечатана в конверт.
Я знаю, мы все сделали не по порядку, красавица, но одно из моих многочисленных сожалений в том, что я не дал тебе свой номер в ту ночь. Исправляюсь сейчас, надеясь, что ты напишешь мне в течение рабочего дня. Думаю, если бы все было иначе, мы могли бы делать это на первых порах знакомства — переписываться, скучать друг по другу. Потому что я бы скучал. Я скучал, на самом деле. И скучаю прямо сейчас.