На входе их встретил тщедушный мужчина, который заставил всех надеть бахилы и повёл сразу на второй этаж, где, как оказалось, находился кабинет директора. Они всей делегацией прошли в приёмную и остановились. Мужчина сделался совсем уж серьёзным и несмело постучал в дверь с табличкой «Директор», после чего, попросив их подождать, юркнул внутрь. Отсутствовал он всего пару секунд, тут же оказавшись опять перед ними. Безошибочно определив, кто в их делегации главный, он ткнул пальцем в сторону Кирилла и важно произнёс:
— Вы проходите, а остальные пусть подождут здесь.
Кирилл про себя хмыкнул, соображая, что дамочке он понадобился тет-а-тет. Неужели откат? Хотя чему удивляться? Все они так живут. Он обратно спрятал свою ехидную улыбку и прошёл внутрь, ожидая увидеть здоровую и хитрющую тётку.
— Ну чего застыл? — на опешившего парня с лёгким презрением и без всякого любопытства смотрели холодные, серые глаза очень красивой и стильно одетой женщины. Обстановка кабинета тоже разительно отличалась от остальных помещений, которые он успел здесь увидеть.
— На мне узоров нет, — продолжила она над ним издеваться. — Если у тебя больше нет вопросов, то можешь быть свободен, у меня много работы.
— Я представитель подрядчика, — взял себя в руки парень, неожиданно разозлившись на свой глупый вид.
— Я знаю, кто ты, меня предупредили, — опять скривила свои идеальные губы реально противная тётка. — Мне непонятна цель твоего визита, мы вроде бы уже всё обговорили с твоим начальством.
— У меня нет начальства, — помня предупреждения Дениса, терпеливо начал пояснять Кирилл. — Я взял субподряд на монтаж системы вентиляции и установку кондиционеров.
— Поздравляю, и что дальше?
— Я хочу сверить реальные размеры с указанными в смете, это первое. Второе — мне необходимо видеть объект своими глазами, чтобы понять нюансы и порядок монтажа. И третье — хотелось бы слышать ваши требования или рекомендации по режиму работы оборудования, по расположению внутренних блоков, по эстетическим предпочтениям, если таковые имеются. Мы же для вас делаем, а не для себя.
Светлана Владимировна внимательно слушала, не перебивая, и лишь слегка приподняла бровь на словах о «требованиях». Когда Кирилл закончил, она медленно откинулась на спинку кресла.
Её лицо едва заметно изменилось, приобретая деловой вид. Она ненадолго задумалась, затем сказала:
— Принято, это серьёзный повод, чтобы отнять моё время. Пойдём, я проведу вас по помещениям, а потом обсудим все непонятные моменты.
Она сделала паузу, тяжело уставилась ему в глаза и добавила:
— Но прежде чем мы начнём, нужно уточнить один важный момент.
— Какой? — про себя хмыкнул Кирилл, подозревая, что сейчас с него потребуют откат. Всё как обычно.
Женщина поднялась с высокого, кожаного кресла и прошлась по кабинету, затем остановилась напротив него.
— Я хочу, чтобы ты кое-что понял. Это не тот объект, на котором можно экономить или работать спустя рукава. Здесь много не заработаешь, но стараться придётся по-настоящему. И поверь мне, в инженерке я разбираюсь не хуже тебя, а может, даже лучше, так что халтура не прокатит. Тебе всё ясно?
Поражённый таким неожиданным заявлением парень выдал то, о чём обычно не говорят вслух:
— Я думал, вы потребуете откат и уже хотел отказаться от объекта.
— Хм, — она едва заметно улыбнулась, — А что, неплохая мысль. Думаю, ребятишки не откажутся от искренней благотворительной помощи, если, конечно, она будет должным образом зафиксирована и оформлена. Ещё есть вопросы?
В помещениях детского дома не было такого пафоса и роскоши, как в кабинете директора, но чистота и порядок ощущались явно. Сотрудники заметно напрягались при появлении начальства, что говорило о высокой дисциплине в коллективе. Директриса провела их по всем необходимым помещениям, а затем, оставив в их распоряжении того самого тщедушного мужчину, вернулась в кабинет и заявила, что ждёт их после замеров.
Никто — ни гости, ни сотрудники, ни все остальные — не заметили, как изменилось выражение лица одной миленькой шестилетней воспитанницы. Она не моргая и с явным неверием прожигала взглядом Кирилла, не в силах даже пошевелиться. Как только делегация скрылась за дверью, девочка отмерла и сразу бросилась в свою комнату. Там, покопавшись в тайниках, она достала нарисованный карандашом портрет молодого мужчины с трогательной надписью «Папочка». Погладив его маленькой ладошкой, она рухнула лицом вниз на кровать и с горьким надрывом заплакала...