— Чёрная полоса, — прошептал он, наблюдая, как по стёклам автомобиля сползают капли дождя, смешанные с тающими снежинками. — Ситуацию надо срочно брать под контроль.
Машина проскочила под услужливо поднятым шлагбаумом и нырнула на подземную стоянку.
Роберт Альбертович наконец полностью взял себя в руки, пружинисто выпрыгнул из машины и быстрым шагом направился к лифтам. Поднявшись на нужный этаж, он уже окончательно успокоился, увидев доктора, сосредоточенно копошащегося над аппаратурой.
— Я сейчас осмотрел мальчишку, — кивнул тот в сторону палаты. — Пацан чистый, хотя и на грани. Это что-то с тобой. В последние дни было что-нибудь необычное?
— Ничего такого не было, — проворчал Вашкевич. — Хотя нервы мне потрепали изрядно.
— Насколько изрядно? — сразу заинтересовался Менгеле. — Стресс был?
— Трудно сказать, — задумался чиновник. — Но психанул я конкретно.
— Давай, раздевайся, — уверенно скомандовал доктор, натягивая резиновые перчатки.
После полутора часов утомительных процедур доктор уселся за рабочий стол и долго что-то писал, сравнивал, бормоча себе под нос еле слышные ругательства, перемешанные с медицинскими терминами.
— Ну что там? — рявкнул Вашкевич, потеряв терпение.
— Подожди, — отмахнулся от него доктор, как от назойливой мухи, мгновенно приведя мужчину в бешенство.
Он уже набрал полные лёгкие воздуха, но грозный окрик застрял в горле, упершись в взгляд доктора — полный безнадёжности и растерянности.
— Надо, конечно, дождаться результатов анализов, — пробормотал эскулап, а потом неожиданно махнул рукой. — Срочно нужен донор, процесс выходит из-под контроля!
— Может, высушим этого пацана? — с надеждой спросил Вашкевич. — Ты же сам говорил, что перед смертью там что-то происходит.
Одно из качеств Менгеле — полная неспособность сглаживать острые углы, за что его Вашкевич и ценил: из доктора не нужно было вытягивать правду.
— Мальчишка для этого бесполезен, он отработанный материал. Нужен свежий донор и срочно!
— Всё так плохо? — тихо поинтересовался Роберт Альбертович.
— Я не знаю, — пожал плечами Менгеле. — Может, мы дуем на воду, а может, всё ещё хуже, чем я предполагаю. Короче, срочно нужна свежая кровь! Пока заразим, пока появятся антитела — на всё это нужно время, а я не знаю, сколько его у нас в запасе.
— Я всё понял, — как только у Вашкевича появилась конкретная цель, он сразу стал самим собой: собранным, целеустремлённым и беспощадным.
Через десять минут он уже мчался по промозглым улицам города в сторону своего офиса, где его ждал незаменимый Сергей Андреевич — его беда и выручка.
— Что случилось, шеф? — глянув на лицо хозяина, безопасник сразу подобрался. — На аварии всё под контролем, завтра закладки заберём, можешь не переживать.
— Не в этом дело, — раздражённо поморщился Вашкевич. — Хотя это первая хорошая новость за последние несколько дней.
— Тогда что? — не понял Сергей Андреевич.
— Нужно срочно форсировать доставку донора, у меня начались проблемы.
— Я понял, — нахмурился Рогов. — Люди уже там и активно работают.
— Пусть поторопятся, — отрезал Вашкевич. — Возьми это под особый контроль.
— Уже взял, — ответил тот. — Пойду работать.
— Давай, дорогой, — выдавил улыбку Вашкевич, впервые за несколько дней, и с удовлетворением откинулся в удобное кресло.
Безопасник быстро прошёл в свой кабинет, гарантированно защищённый от прослушки, и по специальному телефону набрал своих людей в Иркутске.
— Привет, Ким, как у вас дела? — сходу начал он. — На какой стадии операция?
— Здравствуйте, Сергей Андреевич, всё по плану. Для отвода глаз объехали три посторонних детских дома. Завтра выходной.
— Когда собираетесь в нужное место?
— На той неделе.
— Не пойдёт, надо срочно форсировать.
— Это проблематично, там ремонт, нам отказали.
— А ты попытайся ещё раз, — рявкнул безопасник. — Задачу понял? Если возникнут проблемы, не стесняйся, бери смело за яйца этого местного прокуроришку, как его там, забыл?