— Ни с кем я не договаривалась, – начала Светлана, но тут же вспомнила навязчивую пару, с которой столкнулась у приемной в начале недели. – Давно они ждут?
— Сразу за вами пришли, уже минут сорок сидят.
— Что ж, пусть заходят… через десять минут, – вздохнула она.
Валентина растворилась за дверью, а Светлана, присев, нахмурилась. Образ наглого прокурорского чинушки, который приходил по делу Снежаны, прочно укоренился в её сознании, и она была уверена: эта парочка – из той же шайки.
Вскоре они вошли и спокойно уселись за стол.
— Здравствуйте, – начал мужчина голосом, лишенным всякого интереса. – Мы уже разговаривали с вами по вопросу усыновления.
— Помню, – кивнула Светлана Владимировна. – Но прежде чем мы продолжим, я бы хотела взглянуть на ваши документы и рекомендательные бумаги. Если все в порядке, я предоставлю вам список необходимых для суда документов.
— Да, конечно, у нас все готово, – мужчина протянул два паспорта и папку с документами, заботливо разложенную на столе. – Мы с супругой тщательно подготовились к этому событию. Вот все необходимые справки.
— Превосходно, – Светлана не скрывала легкого удивления. – Наши юристы проверят бумаги, и мы продолжим разговор.
После недолгого молчания, решив прояснить ситуацию, Светлана поинтересовалась:
— У вас есть какие-то особые предпочтения?
— Нет, – неожиданно для неё, пожала плечами женщина. – А о каких предпочтениях вы спрашиваете?
— Возраст ребенка, пол… или что-то еще?
— Особых предпочтений нет, – повторила женщина. – Главное, чтобы ребенок был дошкольного возраста, чтобы мы сами смогли отдать его в первый класс.
— Хм, – теперь уже искреннее удивление отразилось на лице Светланы. – Тогда, пожалуйста, ваш телефон. Как только специалисты проверят документы, я с вами свяжусь. Договорились?
— Большое спасибо! – женщина радостно записала свой номер.
В этот момент мужчина снова подал голос:
— Светлана Владимировна, раз уж мы здесь, можно хотя бы взглянуть на анкеты детей? И, если у вас найдется время конечно, а вы могли бы дать свои комментарии.
Светлана на мгновение задумалась, но затем кивнула, открывая сейф и доставая папки.
Минут через пятнадцать они добрались до анкеты Снежаны, и Светлана ощутимо напряглась.
— Зуева Снежана Кирилловна, – монотонно прочитал мужчина, в его голосе не было и тени эмоций. Светлана Владимировна резко протянула руку и забрала анкету.
— Прошу прощения, – пояснила она. – На этого ребенка уже оформляется опека на близкую родственницу – Полину Зуеву.
— Все понятно, повезло девочке, давайте посмотрим следующую, – произнес мужчина, не изменившись в лице.
Светлана облегченно выдохнула – ошиблась!
Они просидели еще почти час, и расстались практически друзьями.
Ким открыл подруге дверцу автомобиля, галантно помогая усесться на переднее сиденье, словно опасаясь, что за их действиями могут наблюдать через окно.
— Хочу кушать, – неожиданно захныкала женщина, затем с тревогой спросила: – Мы были достаточно «белыми и пушистыми»?
— Даже если нас записывали, то к девочке точно не привяжут, – уверенно проговорил Ким.
— А могли записывать? – удивилась она.
— В таких кабинетах частенько висят камеры. Борьба с коррупцией, – пояснил мужчина, а затем, оскалив зубы, зловеще ухмыльнулся. – Ну что, начинаем свою игру?
— Мы её уже начали! – мурлыкнула женщина. – Но я не против продолжить!
Они припарковались у первого попавшегося кафе, и Ким тут же набрал номер:
— Привет, Константин, мы вышли… Да, три часа ругались, думал, она полицию вызовет! … Ага, там есть серьезный затык, у неё имеются близкие родственники, которые уже оформляют опеку… Мне не докладывали, так что однозначно вариант номер два… Что нам делать? … Понял, жду звонка.
— Что он сказал? – обеспокоенно осведомилась женщина.
— Судя по голосу, информация его очень порадовала. В его глазах мы уже фигуранты уголовного дела. И трупы.
— Мне почему-то страшно! – округлила глаза женщина.
— Дура, мы теперь неприкосновенные. По крайней мере, до тех пор, пока они не выкрадут девчонку. Но как только это произойдет, вот тогда наши жизни не будут стоить ломаного гроша. Им просто необходимо будет нас прикопать, чтобы мы не дали на них показания.
— Кимушка, дорогой, это все очень сложно и опасно. Может, исчезнем прямо сейчас?
— Сейчас нельзя, тогда точно найдут. А вот когда ребенок окажется у них, тогда промедление смерти подобно.
— Тебе видней, но мне все равно страшно.
— У меня появилась идея. Я сейчас позвоню прощелыге-прокурору и переведу стрелки на него, тем более он уже засветился.