Глава 38. Логово друзей народа...
Морально раздавленная Полинка даже не пыталась разглядеть, куда ее везут. Было ясно лишь одно: они двигались сквозь городские лабиринты. Вскоре машина остановилась во дворе неприметной серой пятиэтажки.
— Мы где? — пропищала девушка.
— В Караганде, — расхохотался оперативник, — Шевели копытами.
Они поднялись по скрипучей лестнице, миновали резной металлический забор, обогнули здание и оказались на широкой улице, где посередине раскинулись трамвайные рельсы. Покрутив головой, Полинка узнала перекресток Трилиссера и Депутатской.
— Иди, — толкнул ее провожатый, — Не вертись.
Они проскользнули в узкие металлические ворота и поднялись на высокое крыльцо. Справа от двери висела табличка с гербом, но девушка не успела вчитаться в надпись. Перед ними возник турникет, за которым сидел офицер в форме старшего лейтенанта.
— Ей нужен пропуск, — заявил он сопровождающим.
— Не надо, она со мной. Сейчас приедут прокурорские, тогда и решим, как ее оформить. Это их клиент.
— Ладно, на твою ответственность, — старлей кивнул и надавил на зеленую кнопку, сминая турникет.
Они поднялись на четвертый этаж и вошли в один из пустых кабинетов, где стояли пара столов и несколько стульев.
— Посидишь с ней? — спросил капитан напарника.
— Ага, делать мне больше нечего, — тут же открестился тот, — Пристегни ее к батарее, пусть сидит, куда она денется.
— Точно! — хохотнул Дергаев, защелкивая наручники на запястье девушки и второе кольцо — на трубу, идущую от батареи. — Сиди, грейся. И не смей орать, а то спущу в подвал, в карцер. Там холодно и крысы. Будешь орать?
Полинка испуганно затрясла головой, глаза ее расширились от ужаса.
— Вот и молодец, — продолжал веселиться утырок, — Представь, что ты глухонемая, ха-ха-ха.
Они ушли, а Полинка тихонько, тоненьким, прерывающимся всхлипами голоском, жалобно заскулила. Она никак не могла понять, что происходит. Что она сделала? Мамочка родная, помоги!
Два часа ожидания показались вечностью. Ей казалось, что все это время она сидела в аду, на раскаленной сковородке. Поэтому, когда дверной замок заскрипел, издавая характерные звуки открывающейся двери, она испытала настоящее облегчение. Было неважно, кто войдет. Все лучше, чем неизвестность.
Наконец дверь отворилась, и в помещение вошел мужчина в синем мундире, за которым следовал второй Полинкин похититель.
— Отстегни ее, — приказал мужчина в мундире оперативнику.
— Ключ у Дергаева, — отмахнулся тот, — Пусть так сидит, ничего с ней не случится, сговорчивее будет.
— Ладно, иди погуляй, — поморщился мужчина, — Нам надо поговорить.
Тот загадочно хмыкнул и тут же испарился.
Важный мужчина неторопливо разложил бумаги на столе и пристально уставился на девушку. Полина инстинктивно опустила глаза и покраснела. Перов, быстро сообразив, что из себя представляет девушка, принялся нагонять на нее жути.
— Ну что же вы, Полина Григорьевна? Строите из себя простачку, а сами вытворяете, бог знает что.
— Я правда не понимаю, что я сделала! — простодушно воскликнула она.
Прокурор загадочно замолчал, с удовольствием наблюдая, как девушку скручивает от страха.
— А ты сама не догадываешься? — неожиданно рявкнул он, заставляя ее содрогнуться, — Сидишь тут, корчишь из себя невинную овечку. Ты хоть знаешь, кто я такой? Я выезжаю только на очень важные преступления!
Девушка снова заплакала.
— Заканчивай мне здесь этот спектакль! Я даже не хочу вспоминать, что ты без всяких налогов направо и налево торгуешь своими псевдокартинами, — понес он бред сивой кобылы.
Надо сказать, что за эти пару дней Перов узнал о девушке довольно много.
— Пусть с этим разбирается отдел по экономическим преступлениям, — злобно произнес он, — Хотя они утверждают, что прямо сейчас могут закрыть тебя лет на пять минимум, хотя мне на это, честно говоря, плевать! Но ты ведь умудрилась залезть даже в государственный карман, в бюджетные деньги!
— Что? — выпучила глаза Полина, от удивления перестав плакать.