От датчика тоже протянулся кабель в палатку. Аня и Нонна занялись самописцами.
- На таком течении и вертушка плохо покажет, - сказала Аня, привычно и быстро налаживая лентопротяжный механизм. - А уж магнитный датчик тем более.
- Посмотрим, - сказала Нонна.
Умаявшись, пошли на пруд купаться. Одно тут и было спасение при такой жаре - пруд. Вода в нем была тепловатая и нечистая, но все же - вода. И отряд плескался в пруду до обеда.
Над разожженным костром сварили суповой концентрат, разогрели мясные консервы, вскипятили чай. Ели вяло. После обеда Валерий принялся кидать камни в пустую консервную банку, им же заброшенную на другой берег речки. Банка ясным блеском горела на солнце и была хорошей мишенью, но что-то камни Валерия ложились неважно.
- Дисквалифицировался, - ворчал он. - В детстве я знаешь как метал камни...
Ур тоже подобрал камень, прикинул расстояние до банки.
- Хочешь состязаться? - ухмыльнулся Валерий. - Прямо так, без самоучителя, без теоретической подготовки?
- Дай на минутку твой платок, - сказал Ур.
Валерий протянул ему красную выцветшую косынку, которой при купании повязывал голову. Ур вложил в косынку камень и, раскрутив над головой, отпустил один конец - камень, коротко свистнув, полетел и со звоном ударил в банку.
- Здорово! - восхитился Валерий. - Где ты так выучился?
- Отец научил.
Снова пошли купаться. Ур плавал уже изрядно. Неутомимо, бессчетно переплывал он пруд вдоль и поперек.
- Дорвался, - сказала Аня, сидевшая на берегу после купания. - Он прямо какой-то помешанный на воде.
- Он вырос в безводных местах, - счел нужным пояснить Валерий, растянувшийся на травке.
- В каких местах? - спросила Нонна.
- Не знаю. - Валерий лениво ворочал языком, ему хотелось спать. - В безводных и безлюдных. И его с детства мучила жажда. Духовной жаждою томим...
- Болтаешь, - вздохнула Аня. - Где ты достала такой купальник? повернулась она к Нонне. - Очень миленький.
И они заговорили о купальниках, легко и плавно перейдя затем на кримпленовые костюмы, сапоги-чулки и пончо.
- Пончо выходит из моды, - вставил Валерий, почти засыпая. - В моду входит епанча.
Но девушки не обратили на этот выпад никакого внимания.
- Пока не стемнело, - сказала Нонна, - сними запись с приборов.
Аня ушла в палатку. Вскоре она вернулась, неся ленты, снятые с самописцев.
- Вставай, лентяй, работать надо. - Она пощекотала веточкой голую пятку Валерия.
Тот дернул ногой и проворчал нечто об отсутствии покоя, однако поднялся, зевая, и подсел к Нонне. Они принялись анализировать дрожащие линии, нанесенные перьями самописцев на графленые ленты. Работа была не очень сложной, привычной, но кропотливой. Показания вертушки и трубки-насадки дали скорость течения речки, пересекавшей меридиан. Теперь, зная магнитные характеристики местности, можно было теоретически определить величину электродвижущей силы, наведенной в водном потоке, но для получения конечного результата пришлось ввести множество поправок. Аккуратная Нонна не упустила ни одной.
- Великая река, - сказал Валерий, подчеркнув в блокноте полученную ничтожную величину. - Я всегда говорил, что надо ее переименовать в Ориноко-чай. Эй, Ур! - заорал он. - Вылезай, ты уже весь посинел!
Ур вышел из воды, озабоченно осмотрел свою мокрую грудь, оглядел руки и ноги.
- Посмотрим теперь, что дала ниобиевая проволочка. - Валерий развернул ленту с записью показаний нового прибора, чтобы сравнить ее с вычисленной величиной электродвижущей силы. - Чепуха какая-то, - поднял он взгляд на Ура. - Твой приборчик показывает, верно, вчерашнюю цену на пшеницу в Афганистане.
- Цену на пшеницу? - Ур уставился на него, потом понимающе кивнул: Ты шутишь.
- Действительно, - сказала Нонна, разглядывая ленту. - Не может быть такой ЭДС при этой скорости течения. Смотри, Ур, твой прибор показывает ЭДС больше теоретической, а должно быть меньше - за счет потерь в приборах. Понимаешь?
- Прибор показывает правильно, - сказал Ур, сравнив вычисленную величину с несколько более высокой, зарегистрированной прибором.
- Ну как же правильно? - возразил Валерий. - Не может же неведомо откуда взяться дополнительная энергия, это противоречило бы основному закону.
В карих, в ободках черных ресниц глазах Ура появилось задумчивое выражение,
- Вот ты сказал, что я посинел, - проговорил он, помолчав, - а я этого не замечаю. Точно так же не замечаешь и ты "дополнительной" энергии.
- Да откуда ей взяться? Из воздуха, что ли?
- Немного подальше, - сказал Ур. - Из центра Галактики.
- Что? - вскричал Валерий. - Космическое излучение в форме простой электроэнергии? Иди, иди, Ур, поплавай еще в пруду, а то, как видно, перегрелся малость на солнце...
- Я перегрелся не больше, чем ты, поскольку солнце над нами одно. Излучение из центра Галактики доходит до Земли настолько ослабленным, что никакие приборы и ни в какой форме его не улавливают.
- Ты хочешь сказать - никакие приборы, кроме твоего?
- Да. Этот прибор - высокочувствительный.
- Значит, трехгранная проволока из ниобия...
- Ниобий хороший материал, но и он недостаточно чист для регистрации галактических частиц. Но в сочетании с пачкой вот этой пленки...
- А, твой таинственный блокнот! Я видел, ты засадил пленку из блокнота в прибор, но подумал, что это для пущей изоляции. Дай посмотреть, Ур. - Валерик вгляделся в еле различимый, тончайший узор на молочно-белой поверхности пленки. - Микроструктура какая-то. Да, такую пленочку даже Ованес Арсентьевич не достанет. Из чего она сделана?
- Ближе всего это к ниобию. - Ур протянул руку и забрал у Валерия блокнот.
- И ты знал заранее, что мы получим здесь такой эффект? - спросила Нонна после паузы.
- Я не был уверен. Все-таки здесь очень слабое течение. Хорошо бы испытать прибор в океанском течении. Там мы получили бы более показательную магнитную аномалию.
- Аномалию? - переспросил Валерий. - Твой прибор показывает дополнительную величину ЭДС за счет улавливания космического излучения трудно поверить, но допустим, что это так. Но при чем тут аномалия? Ты слышишь, Ур?