- Подходим к стеночке; берем свой пакет; переодеваемся и подходим к столу – кто готов. Берем пачку – там 5000 долларов. Я перебрасываю счастливца и возвращаюсь за другим.
– А почему это – счастливца ? – поинтересовался чей то раздраженный голос.
– Ну как же ?! И время хорошо провели: и повоевали, и деньги получили, и даже не ранены ! И дома не с нуля продолжите свою жизнь: минимум на полгода денег хватит, если не бороться с "зеленым змием". Чем не счастье ? Давайте, не задерживайте – я решение принял и убеждать меня в обратном бесполезно !
Убедившись, что я не шучу, "попаданцы", как то не смело, один за другим направились к своим пакетам. А я сделал для себя очень неприятное открытие: истинный виновник будущего бунта вовсе не комбат - его просто использовали в темную, на амбициях: он здесь, среди присутствующих… Зам командира: что то вроде Марата, которого я вовремя оставил там, избежав возможных неприятностей здесь. И помог мне тогда в этом Одинцов. Опять этот Одинцов ! И что мне с ним делать ? Ладно – решу потом: сейчас – назревшая проблема. Первый, второй, третий… Обхват за талию; зачистка памяти; прыжок к дому в ночное бремя в невидимости и прыжок обратно… Когда пришло время зама: какой скромняга и тихоня – если бы не прочитал его, то и не догадался бы ! А ведь это мое упущение ! Перебросил его на север – на строительство военно - морской базы Спецназа для крейсеров и атомных подводных лодок: за все надо платить ! В четком механизме переброса возникла заминка: человек десять – двенадцать стояли, не проявляя желания к переодеванию.
– В чем дело ? – поинтересовался я.
- Товарищ командир: мы не разделяли взглядов, предложенных нам, не знали о конечной цели нашего командира. Мы полностью преданы Спецназу и просим вас оставить нас в батальоне.
– Но вы никак не среагировали на намеки, разговоры…
- А нам надо было доложить об этих разговорах – стать стукачом на своих боевых товарищей ? – раздраженно спросил кто то.
– Во первых – не боевых товарищей: они уже там… Во вторых – если у вас на глазах ломают боевую технику: вы будете спокойно на это смотреть и не реагировать – ее же ломают ваши "боевые товарищи"… - насмешливо произнес я. – В третьих – у нас нет политруков и особистов, которые должны выявлять и докладывать: это их работа – вы сами должны следить за нарушениями и пресекать их, или докладывать о них. Вы пресекли ? Или доложили ? Нет… Это пустой разговор и пустая трата времени. Вам не место в Спецназе !
Что там – на скамеечке ? А там – сливки Спецназа ! Настя не ушла, а уселась на скамейку рядом с Морозовой. Сидела и молчала. Обе, правда, встрепенулись, после выходки Юльки, но переглянулись и только тяжело вздохнули: Настя уже была у командира, а Катя знала – что ей предстоит услышать во второй заход и очень не желала этого… Может выйдет, увидит несчастную и сердце его подобреет ?! – билась в голове фантастическая мысль. И вызов ее и Насти к командиру был как гром среди ясного неба, как щедрый подарок от Создателя. Две девичьи фигурки метнулись к командиру…
- Товарищ командир… Я жестом прервал словесную шелуху вошедших:
– Не буду долго говорить: у тебя Морозова – второе отчисление, а у тебя Алешкевич – пока первое. Если бы не операция, в которой важен каждый менталист – я бы с вами даже разговаривать не стал. Но – даю вам шанс. Он вам нужен ?
– Я все выполню товарищ командир ! – вскочила Катя.
– Я тоже ! - повторила Настя.
– Значит так: вы будете выполнять то, что должны делать по плану. На вас будет захват командиров немецких подразделений, до командиров дивизии включительно. От того, как вы выполните мое задание будет зависеть наш дальнейший разговор. Но учтите: если из-за вашего чрезмерного усердия необоснованно пострадают бойцы – пощады не ждите.
– Выполню все, как прикажете, товарищ командир – вытянулась Морозова.
– Выполню все… - эхом повторила Алешкевич.
Вызвал Стрельченко старшего:
– Вот тебе твое удостоверение старшины НКВД – без предисловий начал я. – Вот справка о том, что ты комиссован из Спецназа по состоянию здоровья. Без права ношения формы Спецназа и права принадлежности к нему. Стрельченко вздрогнул, как от удара.