— Да, ваше величество! — Каталина горделиво выпрямилась. — Когда адмирал будет готов доставить меня к моему супругу в Англию?
— Его корабли очищают сейчас путь от морских пиратов, потом он высадит британский гарнизон в Танжере, который мы передали Англии как часть твоего приданого. Когда путь будет свободен, граф приплывет за тобой. Мы не хотим отправлять тебя в Англию, пока не будет абсолютной уверенности в твоей безопасности.
— Я рада, что у моей родины теперь есть такой сильный союзник. Я молилась за процветание Португалии.
— Ты не должна забывать об этих молитвах. Английский монарх женится на тебе, чтобы иметь наследника престола и установить в Европе равновесие сил Испании и Франции. Но помни, Каталина, что он нужен нашей стране больше, чем мы нужны ему. Он мог бы произвести на свет наследника с десятком других принцесс, а мы не сможем обеспечить независимость Португалии без его поддержки. Постарайся не потерять его расположение.
— Я всегда буду стараться быть хорошей и послушной супругой королю и сделаю все возможное для укрепления союза наших стран.
— Карл не такой… набожный человек, как ты, возможно, ожидаешь.
— Я знаю. К сожалению, он — протестант и возглавляет еретическую англиканскую церковь.
Донна Луиза нервозно сжимала и разжимала пальцы. Ей трудно было говорить с дочерью.
— Различия в вере — не самая главная проблема, которая возникает в супружеских отношениях.
Каталина старалась не выдать своего любопытства.
— Его величество, английский король, вел не совсем обычную для монарха жизнь в последние годы. Ты знаешь, долгие годы он жил в изгнании. Переезжал от одного двора к другому, ища поддержки в борьбе за возвращение ему трона. Поговаривают, что у него не всегда был кусок хлеба на обед и он не часто менял одежду. Он не всегда ведет себя так, как пристало королевской особе, внуку двух великих монархов.
Каталину охватило волнение.
— Он так много страдал! У него благородная душа! Наш посол в Лондоне писал мне, что Карлос очень веселый и остроумный человек, его любят придворные и народ.
— Он действительно популярен и крепко держится сейчас на троне. Но есть вещи, которые меня беспокоят в связи с твоим замужеством. Каталина, ты должна понимать, что жизнь, которую он вел, сильно отличается от жизни любого принца. Годы изгнания оставили свои рубцы на душе. В его поведении нет той изысканности, к которой ты привыкла здесь, при нашем дворе. Тебе придется приспосабливаться к привычкам английского монарха.
— Конечно, я постараюсь брать с вас пример, ваше величество. И я уверена, что придворные будут равняться на свою королеву.
— Будем надеяться… — Донна Луиза была в этом совершенно не уверена, и Каталину удивила эта перемена в матери, которая никогда не выказывала своих сомнений.
— Их религия делает поведение английских придворных столь отличным от того, к чему я привыкла? — спросила инфанта, осторожно подбирая слова.
— Религия не играет столь уж большую роль при английском дворе, — сухо ответила королева. — Правда состоит в том, Каталина, что король известен во всей Европе своим ненасытным аппетитом к женщинам. Я должна тебе об этом сказать. У него уже есть два незаконнорожденных ребенка. И несколько любовниц среди знатных дам двора. С твоим появлением эти грешные женщины потеряют над ним свою власть и будут делать все, чтобы добиться снова его расположения.
— Я стала женой короля. Естественно, ему придется порвать свои связи с этими женщинами, когда я буду с ним. Разве он сможет грешить, поклявшись перед алтарем в вечной любви ко мне?
Донна Луиза закусила губу.
— Я так часто корю себя за то, что согласилась с твоим отцом, Каталина, и мы послали тебя в монастырь. Тебя нельзя было оставлять там так надолго. — Каталина еще никогда не видела свою мать в подобном волнении. — При каждом дворе есть свои фракции. Они особенно ничем не выделяются на первый взгляд. Если это только политические фракции, то сильный монарх справляется с манипулированием своими придворными. Опасность состоит в том, что борьба за власть разжигает страсти. Запомни, Каталина, ты не должна позволять различным фракциям делать ставку на любовниц короля. Убереги Карла от пагубного примера французского двора, где любовницы короля давно стали инструментом политики в руках враждующих политических фракций, а жены монархов не имеют никакого престижа.
Мужчиной, даже если он король, можно управлять из будуара. Наглые вертихвостки могут манипулировать королем, завладев его сердцем, тогда он ведет политику не в интересах своей страны, а только в интересах определенной группы придворных, жаждущих только славы и богатства. Я предупреждаю тебя об этом лишь потому, что английский король уже имеет дурную репутацию на сей счет.