— Подойдите и взгляните, — пригласил ее король к окну, — я приготовил для вас сюрприз.
Каталина прошла через комнату и встала рядом с ним, рассматривая вид парка. Несколько садовников разбивали клумбы и устанавливали большие кадки с саженцами.
— Что они сажают? — спросила Каталина.
— Апельсиновые деревья — специально для вас. Я знаю, как вы скучаете по плодам вашей родины. Садовники надеются, что солнца будет достаточно, и они соберут приличный урожай.
Каталина была настолько подавлена, что проявление внимания с его стороны вконец расстроило ее. Король взял ее пальцами за подбородок и повернул лицом к себе.
— Я хочу, чтобы вы были счастливы, Кэтрин. Я мечтаю… — король запнулся.
— О чем вы мечтаете, Карлос?
— Ни о чем. Я слишком мудр, чтобы предаваться мечтам. Лучше не строить надежд, чтобы потом не разочаровываться.
Каталина погладила его рукой по щеке. Он поймал ее руку и поцеловал каждый пальчик. У нее участилось дыхание. Она сделала потрясающее открытие: можно испытывать сексуальное влечение, даже если человек тебе не нравится. Король почувствовал ее состояние, в его глазах она прочла ответное желание.
Карл запустил руку в глубокий вырез ее английского платья и стал циркулирующими движениями ласкать грудь вокруг соска. Каталина привстала на цыпочках, пытаясь дотянуться до его губ. Волнения последних дней требовали разрядки.
Она уже достаточно изучила Карла, различные проявления его влечения, интенсивность желаний. Сейчас в его объятиях было больше доброты, желания защитить и успокоить, чем сексуального голода. Но это не имело сейчас значения. Необходимость в его ласках была так остра, что она прижалась к нему всем телом, чувствуя рукой, как наливаются силой страсти его члены.
Карл подхватил ее на руки и понес к кровати, расстегивая на ходу застежки платья.
Каталина почувствовала конвульсии оргазма и бешеное наслаждение, как только он вошел в нее.
Когда все кончилось, Каталина прочла печаль в его взгляде.
— Я люблю вас, как умею, — сказал Карл по-английски, но она все поняла.
13
В конце августа пришло время возвращаться в Лондон.
Прелесть последних дней лета сменилась осенней непогодой, да и двор страстно желал вернуться к привычным развлечениям столичной жизни. Все радовались, что покидают дворец Хэмптон, и Каталина испытывала приятное волнение в предвкушении новых впечатлений, когда члены королевской семьи вступили на борт яхты, чтобы совершить путешествие по реке до лондонской резиденции британских монархов в Уайтхолле.
Иллюминаторы в каютах были снабжены стеклами — новинкой, которую раньше Каталина не видела. Над палубой был натянут тент, защищавший от дождя, солнца и ветра. Благоухали гирлянды цветов, развешанные вдоль бортов, так что если закрыть глаза, Каталина почти что чувствовала лиссабонские ароматы.
В Патни, в шести морских милях от Уайтхолла, королевская чета пересела на другую галеру, и к ним присоединилось еще несколько барок. По мере приближения к Лондону по берегу реки собирались толпы любопытных, которые выкриками приветствовали эту своеобразную флотилию. На двух барках музыканты играли веселую музыку, специально написанную по случаю приезда короля с супругой. Был устроен фейерверк.
Лорд-мэр Лондона с представителями торговых гильдий и почетными гражданами города плыли навстречу флотилии. Река была усеяна маленькими лодками, барками, плотами, так что воды уже не было видно.
— Вот это зрелище! — воскликнул герцог Йоркский, — даже король Людовик не удостаивался такой встречи!
— Приезд Людовика в Париж не отмечала и половина того количества людей, которые сейчас аплодируют нам. Народ любит своего короля.
— И его брата! — добавила Каталина, когда раздался салют в честь герцога Йоркского.
— Просто и на меня распространяется часть славы короля. Мое дело следить за датчанами и охранять на морях торговые корабли. Карл, береги его Всевышний, делает все остальное, — скромно парировал Джеймс.
— Я надеюсь, что тоже смогу снять часть забот с его плеч, — заверила Каталина.
— Подарите ему сына, мадам, это самая большая помощь, которую вы сможете оказать королю.
— Я каждый день молюсь об этом счастье, — королева сдула с руки лепестки роз. — Если у меня родится сын, я надеюсь, уже не буду такой чужестранкой при дворе Его Величества. И он будет любить меня больше…
Герцог замолчал, обдумывая ее слова.
— Оцените его преданность, моя королева, не обращайте внимания на флирты, и ваша жизнь станет легче и счастливее.