Ох, сегодня настроение
У меня варенное.
Ты варись мое варенье
Необыкновенное.**
Освоен навык «Кулинария».
Еще трех лет нет, а кашеваришь, как мой дед! Получи в подарок навык и парочку конфет!
Система, ты смерти моей хочешь? То есть, когда я пыталась получить навык готовки, ты от своих неслыханных щедрот высветила: «Ядоварение» ур.2, а когда я захотела получить навык «зельеварение», ты высвечиваешь это?!
Сделав глубокий вдох, я применила «распознание» и заглянула в кастрюлю:
«Прекрасные лягушачьи лапки в томатном соусе»
А где крылышки летучих мышек? Ни-че-го не понимаю. Ладно еще с кулинарией в прошлый раз пролетела, то было совершенно заслуженно: я своим пламенем урагана смогла отравить продукты до такой степени, что посуда начала плавится. (Как я сейчас понимаю Бьянки! Если бы троллящая меня Система имела физическое вместилище, то я бы незамедлительно кинула сей «кулинарный шедевр» в неё. У меня горе, а она стебется.) Но почему сейчас за смесь разных корнеплодов, трав, крыльев умершей естественной смертью летучей мыши и лапок умершей не совсем естественной смертью жабы я получила навык готовки — не понимаю. Этот мир слишком нелогичен — мне его никогда не понять!
Окинув взглядом «Прекрасные лягушачьи лапки в томатном соусе», я взглянула на братика.
— Ты не голоден?
В ужасе распахнув глаза, он резво замотал головой и начал отползать к стене.
— На нет и суда нет. Помоги тут убраться, а потом я расскажу, что у меня получилось. Про «как у меня это получилось» даже не спрашивай! — категорично заявила я, а то знаю, как он умеет мозг выносить — никакой психолог не исправит.
Мелкий воспринимал подобное времяпровождение — совершенно естественным и обыденным занятиям. Он с детства наблюдал за всеми моими странностями и потому воспринимал их как должное. Для него странными были именно обычные люди. Сейчас я рассказывала и объясняла ему только самые простые явления природы, давала базу для самостоятельного научного анализа. И, должна признать, он был намного умнее меня в его возрасте. Да что там — нас даже сравнивать нельзя. Он — гений, а я — талантливый приспособленец и начинающий манипулятор, вот только есть один общий для нас обоих факт: мы себе жизни друг без друга не представляем. Мелкий, потому что и не знал какого это — быть одному, а я… мне не просто нравилось с ним играть, наряжать, воспитывать, обучать — я хотела быть с ним рядом всю жизнь, пусть и не всегда так близко, но чтобы точно знать — я не одна, меня всегда поддержат и примут.
— Ну, чего ты там копошишься? Тряпкой туда — обратно, и живо на турник. — командным голосом произнесла я.
— Есть, капитан! — браво отсалютовали мне.
Уже привык — это хорошо. Будет знать, как сатрапом обзывать. То, что мы сейчас изучаем три языка, — вовсе не повод давать мне прозвища на них. Пусть теперь в полной мере осознает, что оно значит.
Проверив нашу «спящую красавицу» и убедившись в том, что соседка проспит еще как минимум пару часов, я достала из инвентаря шезлонг и безалкогольный коктейль и пошла на задний двор наслаждаться зрелищем. Смотреть вечно можно на три явления, но зрелище вкалывающего ближнего своего вне конкуренции. Тем более, что эти упражнения полезны и весьма результативны, спасибо папе за спортивный инвентарь и удобный турничок.
Братец кряхтел, пыхтел, но не сдавался. Ответственность за свои слова и поступки он никогда не перекладывал на чужие плечи, поэтому и условия проигранного спора выполнял безоговорочно. А завистливые взгляды на мой прекрасный шезлонг я стоически игнорировала. Пусть пар спустит, а то у нас потом еще три часа интеллектуальных занятий в игровой форме, а затем очередная «сказка», обед и полуденный сон.
Больше всего братику нравились сказки. На самом деле, это были переработанные на вольный лад истории из канона аниме и самые яркие биографические факты из жизни выдающихся ученых. Горящие азартом глаза брата и его яркие детские мечты о великих открытиях доставляли мне истинное удовольствие. Его идеи и наивные детские мечты заряжали позитивом, заставляли сбросить весь негативный опыт из прошлой жизни, забыть о всем плохом и просто наслаждаться жизнью. Сделав еще один глоток коктейля и пристально посмотрев на висящую на турнике тушку, я начала вслух повторять те итальянские слова, которым нас вчера обучил отец.
После получения в подарок таинственного дневника, я воспылала желанием прочесть его, поэтому надавила на родителей и в рекордные сроки выучила письменный румынский. Перед родителями я свои знания не особо светила, взяв как планку, уровень обучаемости чуть ниже чем у брата, ведь это он у нас будущий гений во всех областях, я предпочту быть малоинтересным, в глазах взрослых, милым довеском, что старается подражать брату и следует за ним, буквально по пятам. Уловив краем глаза, что мелкий уже выдохся, я скомандовала отправляться в душ и еще раз мысленно повторила: «Милый малоинтересный довесок, который не отпускает из рук штанину брата. Главное не отходить от этой роли в присутствии посторонних».
Кстати, с дневником меня ждал крупный облом: он был написан как минимум на пяти языках, и не факт, что там дополнительной шифровки нет. Но задание есть задание, да и мне любопытство не позволит пройти мимо такой занятной головоломки, поэтому я упорно учила языки, узнавала больше об окружающем мире и не давала спуску своим верным миньонам. Время летело быстро и весело.
Верде был очень тихим ребенком, а Дору умел мастерски избегать чужого внимания, я даже заподозрила его в интуитивном применение пламени тумана, но благодаря моей деятельной натуре, мы втроем периодически попадали в истории разного содержания: от смешных и безобидных, до очень пикантных и даже опасных. В таких экстренных ситуациях мальчишки начинали соображать быстрее и более взросло, командный дух рос, а самое главное — в какой-то момент они начали меня опекать и брать всю ответственность за совершенное на себя, хотя фактически виновна была я. Когда меня настигло осознание, что все эти приключения могут выйти боком для маленьких детей, не достигших и пяти лет, я включила мозги и решила не втравливать в свои глупые забавы малышню. Но не тут то было!
Эти двое зажали меня в уголке и начали интересоваться моим самочувствием, видите ли я два дня ничего не нарушаю и веду себя, как того требуют взрослые. А когда я попыталась отговориться тем, что раскаялась в своих поступках и теперь мне стыдно (я и стыд, да-да, прям вижу эту сюреалистичную картину), брат потрепал меня по голове и сказал, что тихая и правильная я — это еще к большим проблемам, но они с Дору уже набросали проект бомбоубежища, главное, чтобы я их заранее предупредила о дате апокалипсиса.
Я умилилась. Весь в меня! Своих не бросает, на чужих плюет и так трогательно проявляет заботу. Но за сравнение меня любимой с концом света я потом все-таки отыгралась на нем.