Поначалу Афина гадала, с кем из этих девчонок Кирилл в итоге останется, когда они все повзрослеют. Первой на ум приходила Агриппина, как самая красивая и склонная к лидерству. Но… Два лидера в семье? К тому же, Лана, кажется, сильнее всех возбуждала в Кирилле умиление и стремление защищать — и еще она безусловно верила в него и ему, а такое доверие дорогого стоит! Однако вместе с тем Ксюша больше всего попадала в струю Кирилловых интересов и — это тоже важно! — и больше всех его веселила. Левкиппа спокойная и не выносила ему мозг, на нее всегда можно было опереться, и Кирилл с его взрослостью мог оценить это по достоинству. Ну и Ксантиппа — невероятно умная, непростая, немного с завихрениями, но искренняя и теплая! Мужчины слетаются на такой типаж, как мухи. Афина иногда чувствовала, что все-таки плоховато знает своего сына, поэтому не могла предсказать со всей определенностью, кого он выберет. Или кто выиграет схватку за него.
Однако почти сразу ей, скажем так, намекнули, что ожидать этого выбора она может до скончания времен и так и не дождаться. Разговор шел с приятелем ее отца, по совместительству отцом взрослого друга Кирилла — Андреем Васильевичем Весёловым. Он что-то сказал насчет того, что, мол, никак не ожидал еще одного внука на старости лет — а тут пожалуйста! И, скорее всего, если он что-то понимает в своем сыне и его жене, одним внуком дело не ограничится.
— Мне бы тоже двоих внучек с лихвой хватило, — засмеялась тогда Афина.
— Ну, это для вас несбыточная мечта! — заметил добродушный старик. — Готовьтесь к десятерым минимум!
Афина поглядела на него с некоторым удивлением: неужели страсть к плоским шуточкам в этой семье фамильная? А потом до нее дошло, что он не шутил!
— Они же дети, — сказала она. — Дети дружат. Это нормально.
— Разумеется, Афина Аполлоновна, — кивнул Андрей Васильевич. — Разумеется!
Но Афина уже и сама чувствовала, как тускло звучат ее слова. Дети. Конечно. Особенно ее сын, который убивал людей и монстров, который командует целой организацией и к которому прислушивается глава государства! А его девочки? Помогают ему, ведут магические исследования, сами поддерживают в жилом состоянии два дома… Дети, как же.
А потом последовала инициация Пантелеймона, который буквально охренел от магического зрения и открывшихся с ним возможностей.
— У Кирилла! Связь! С его девочками! — восклицал он, ероша волосы. — Толстая такая! Представляешь⁈ Как буксировочный трос от автомобиля!
— Какая связь⁈ — не поняла Афина. — Ты о чем⁈
— Светящаяся! У них сердца связаны! Буквально бьются в унисон! Почему мне никто не сказал? — Он звучал очень обиженно. — Отец я или не отец⁈ Я думал, мы с ним наладили отношения!
— Я тоже не знала! — ахнула Афина.
— А, ну тогда ладно, — тут же успокоился Пантик. Потом подумал и добавил: — Слу-ушай… А ведь можно же сделать аксессуары для магов, которые будут учитывать это их… наше… свечение! И покрой платьев! Для женщин особенно!
Пантик, в общем, выступил в своем репертуаре.
Афина после этого поговорила с самим Кириллом и его девочками.
— Да, мам, я же тебе рассказывал, — чуть удивился сын. — Когда мы уже Проклятье сняли. Что у нас связаны сердца, и поэтому мы всегда будем вместе. Точно помню, был такой разговор! И ты это очень спокойно приняла!
— Я решила, что это метафора! — воскликнула Афина.
— Чтобы Кир да говорил метафорами? — Засмеялась Рина. — Мама Фина, это же совсем на него не похоже! Кирилл, слава Творцу, ну вот ни капельки не поэт!
— Это точно, — поддержала ее Ксения. — У вас и так муж… Поэтически ориентированный! Одного в семье за глаза хватает!
В общем, дети ей тогда все объяснили. «Буксировочный трос» между ними — это магическая связь для передачи эмоций, отчасти последствие Проклятья, отчасти — результат импульсивных действий Кирилла. Она им всем очень нравится, так что никаких попыток от нее избавиться они даже не думают предпринимать, наоборот, всячески холят, лелеют, укрепляют и учатся использовать для разных целей. Но что она им сразу дает — полное взаимопонимание! Так что ревности и раздоров можно не опасаться, с сексом и романтикой тоже проблем не будет.