— Надо же! — Ирида против воли заинтересовалась рассказом. — Что же получается, он после того визита почти сразу первую бросил и второй ребенка заделал?
— Вот я тоже так подумала, — охотно кивнула докторша. — Общалась уже с ним попрохладнее, чисто по-деловому. Но ребенка осмотрела честь по чести, гляжу в карту, тоже в Лиманионе рожали… Опять-таки здоровенький, все бы такие были! Но покрупнее. Ну там и мама покрупнее была, выше папы ростом. Тоже красотка, как модель с подиума. Или, скорее, танцорка. Над ребенком прямо тряслась, с тетрадкой пришла, где все-все расписано, и во всех подробностях у меня все детали!.. — Аделаида Викторовна усмехнулась. — Ну, стандартная такая нервная мамаша, что сказать! Первая-то тихая была, стеснительная. А парень этот над второй вился точно так же, хотя больше успокаивал, чем защитника из себя строил. «Да, — думаю, — ну ты и ловелас!» И ведь не постеснялся к тому же врачу пойти, на тот же участок!
Тут она хихикнула.
— А дальше что? — жадно спросила Клавдия Федоровна, явно предчувствуя что-то смешное. Ирида покосилась на нее с недоумением: что тут может быть смешного?
— И через год с лишним… приходит он — и уже с двумя девицами-то! Двумя другими девицами, новенькими! Одна смуглая такая, вроде как я, с корасскими корнями, другая рыженькая. И двумя младенчиками! Тоже другими! Одному как раз полгодика, у другого — месячный осмотр! — торжествующе сказала врач. — Тоже у обоих в документах отцом записан, матери другие! И сидят такие рядком втроем в коридоре, детишечки на коленях, старшенький уже гулит… Воркуют! У меня лицо вытянулось, я смотрю на это, глазам поверить не могу! Как так! И главное — все четверо пацаны! Я имею в виду, и прошлые двое, и эти двое! Глюки, думаю, у меня что ли!
Тут Клавдия Федоровна явно не выдержала и захихикала, явно зная развязку всей этой истории.
— Он что, донор спермы был? — непонимающе спросила Ирида, проникнувшись сюрреализмом истории. — Не жил с этими девицами? С кем-то одной из… получается, четверых? Или вообще ни с кем не жил?
— Да нет, в том-то и дело, что как раз жил! — воскликнула врачиха. — Их там даже не четверо, а пятеро, как потом выяснилось! Пятого малыша вот тоже недавно ко мне на осмотр приносили… Пятая девица, по-моему, лучше всех, королева красоты, прямо ах. И мальчик ее — ангелочек, как с конфетной обертки! Я им говорю: когда хоть одну девочку-то сделаете? Он мне так подмигивает, отвечает: мы над этим работаем.
Тут захохотали уже обе пожилые тетки.
Ирида глядела на обеих, слегка раскрыв рот.
— Погодите, — сказала она. — В нашем районе что, случай многоженства⁈ С несколькими детьми⁈ И вы так спокойно об этом говорите⁈ Они что, сектанты? Или как? Это же нужно проверить! Там же могут быть ужасные условия для детей!
Мелькнула полуоформленная мысль: если это расследовать и добиться полноценной реабилитации женщин и детей… Как минимум дело будет громким. Может быть, даже до Магистра народного благополучия дойдет!
— Я тоже так сначала подумала, — подавив смех, уже серьезным тоном отвечала докторша, утирая слезы. — Даже расследовать затеяла, вон, к Клаве бежать хотела — выручай, беда, потенциальная секта назревает, может, торговля детьми — кто их знает, многоженцев этих! Но тут сомнения меня взяли. Думаю, если они какие-то подозрительные, то почему детей не прячут, спокойно их на обследования носят, прививки все по возрасту делают, электронные карты оформлены? И еще я сообразила: у всех детишек были пометки о магической диагностике и магическом лечении! А это тогда только в обиход входило, да и сейчас недешево без показаний врача — а там показаний не было, можете мне поверить, детки все образцовые, как сейчас на выставку народного хозяйства! Опять же, медсестра моя, смотрю, с ними нормально разговаривает, без стеснения всякого — а видит то же, что и я. Я ее отозвала в сторонку, говорю: «Маш, ты что, знаешь что-то?» Она отвечает: «Ну да, это же Кирилл Ураганов, бывший мальчик-волшебник, который Проклятье снял». Я про него, говорит, передачу видела. Документальный фильм! У них тут в горах неподалеку Школа магии, они в церковь нашу ходят. Батюшка о них все знает. Вот об этом я как раз и не подумала, я ж не верю во всю эту божественную дребедень… Но отец Евлампий мужик правильный. Пошла я к нему, так и так, что это за Ураганов со своими женщинами, беды, часом, не выйдет? С детьми особенно? Он: ну да, странная история, но школой они своей хорошо управляют, детки все обихожены, а живут вместе с давних пор, еще когда вместе под Проклятьем были. Так и не могут разойтись. Ну, вы же понимаете — у детей-волшебников у всех какие-то травмы психологические остались… — Аделаида Викторовна вздохнула. — Вот и эти, видно, друг дружку отпустить не смогли. Может, если бы полечились хорошенько, все получилось бы, но кто же детей-волшебников заставит? Пусть даже бывших. Тем более, национального героя, как этот Ураганов!