— Прошу прощения, Ирида Артемьевна? — грудастая завучиха Ксения поймала ее под локоть. — Мне кажется, я не успела показать самое главное! Вам, как руководящему работнику, будет особенно интересно.
— Нам, вообще-то, уже пора! — у нее не было ни малейшего намерения оставаться наедине с этой девицей!
— Ничего, Лёвушка пока с вашими коллегами обсудит план мероприятий, это больше по ее части — детям в основном именно ферма интересна, в школе ничего особенного нет, а к пушке мы все равно никого не пустим. А к вам у меня отдельный разговор.
«Что за разговор? — подумала Ирида с неприятным чувством, когда Ксения железной хваткой увлекала ее по коридорам замка. — Неужели заметила, как я на Ураганова смотрю? Блин, да на него, наверное, все так смотрят, у кого глаза есть! Это не преступление!»
Но вывернуться из захвата не получалось, не потеряв достоинства.
Девица Ксения притащила ее в обширный кабинет на два стола друг напротив друга и чуть ли не силой заставила усесться в кресло.
— Вот, держите, — она сунула в руки Ириде планшет. — Это моя особая папочка с фотками для таких случаев, как ваш. Ну просто чтобы вы сразу поняли, что к чему. А то влипнете в неприятности, а потом будете всем трезвонить и жаловаться, что Кирилл виноват. Не надо так.
С этими словами Ксения активировала рамку.
От первой же фотографии Ирида потеряла дар речи.
На ней Кирилл Ураганов — узнаваемо он, хотя лет на семь или десять моложе, чем теперь! — пожимал руку Великому магистру!
Ах, каким красивым он был ребенком!
— Вы, наверное, скажете — мало ли, Бастрыкин с фотогеничным мальцом на публику поручкался, так личный номер телефона не дал же? — насмешливо спросила Ксения. — Поэтому перелистните…
Ирида послушно, как загипнотизированная, нажала на уголок.
Снова Кирилл и Бастрыкин — только Кирилл уже постарше, почти такой, как сейчас. Бастрыкин сидит в кресле, у него на коленях большой серый кот, Кирилл стоит рядом и почесывает тому же коту шею.
— Удачно щелкнули, фото совершенно секретное, никому не рассказывайте, ужасный компромат! — веселой скороговоркой велела Ксения. — Давайте дальше.
На следующей фотке Кирилл был щелкнут вместе с каким-то белобрысым амбалом, который то ли обнимал его, то ли пытался задушить. Судя по выражению лица Кирилла, последнее.
— Этого узнаете? А, нет, его никто не узнает… Ну, на следующем фото, видите? Вот, они оба в костюмах, и маньяк наш уже с бородой… Это Весёлов, сейчас он замглавы Магистериума народного здоровья. Смежная же с вашей социальной работой область, так? Неужели все еще не узнали? Позор, глав магистериумов и их замов надо знать! Но если это вас не убедило — вот Кирилл с Магистром народного просвещения на фуршете. Как раз следующая фотка. А это — глава Службы ядерного щита, вместе на конференции. Ну, дальше, в принципе, мелочи, всего лишь Кирилл с герцогом Кресайном, подумаешь, он сейчас по положению просто как глава округа! Но некоторых впечатляет, знаете, которые по аристократии прутся. Вы не из таких, часом? — Ксения пытливо уставилась Ириде в лицо. — Вижу, что из таких, есть немножко! Возбуждают-то графы-герцоги всякие, да?
— Послушайте, что вы себе позволяете! — все-таки нашла в себе силы возмутиться Ирида, вскочив со стула.
Планшет с фотографиями со стуком упал на ковровое покрытие.
— Я-то? — усмехнулась Ксения, глядя на Ириду наглыми зелеными глазами. Такие в сказках бывают у болотной нечисти и кошек-оборотней. — Я всего лишь фоточки показываю. Между прочим, о вас же забочусь. Не надо мне тут… лишних интриг на пустом месте. Что, решили из нас громкий случай сделать? Карьеру свою двинуть? Не влезайте, дорогая. Не влезайте.
Какого демона⁈ Ну почему⁈ Почему одним все — а другим ничего⁈
Садилась Ирида в машину в таком состоянии души, что будь при ней сейчас пульт от этой самой пушечки — разнесла бы все вокруг не глядя. А приходилось молчать, улыбаться и делать вид, что все в порядке. Тут еще Клавдия Федоровна решила добить:
— Вот, Иридочка, действительно, договорились об экскурсиях на весь сентябрь–октябрь, и перед Снисхождением! Отлично получилось, как это я сама раньше не подумала? Правильно, все-таки, что тебя в начальницы поставили — с университетским-то образованием!