Дальше. Надо как-то их отвлечь. Как? Например, устроить пожар.
Что ж, баллоны с газом тут есть. Но они просто так не загорятся — их же именно для этого делают такими тяжелыми, с толстыми стенками! Хотя, наверное, неслабо так бумкнут, если их нагреть снаружи. А как их нагреть? Развести огонь. Чем и как?
Варда аккуратно заглянул за ряд баллонов (эхолокация показывала ему, что там никого нет). Так, тут какие-то ящики, на них что-то написано… Алюминиевый порошок? Зачем он при варке наркоты? Неужели кто-то себе по венам такое пускает? Фу! Наркотики в принципе «фу», но это совсем уж — втройне! Так, а это что? «Универсальный растворитель»?.. Так-так.
Варда не был круглым отличником: папа ему как-то намекнул, что стремление к оценкам ради оценок сужает кругозор и портит психику. Мама не согласилась, но папа мягко ей возразил, что нужно отличать все же мужскую психику и женскую, и тогда мама сложила доводы. Однако также папа и Кирилл ему постоянно говорили, что не успевать по естественнонаучным предметам магу не пристало! И что мало успевать, надо еще и читать дополнительно, чтобы действительно понимать предмет, а не просто зубрить. Так что химию Варда старался не просто учить, но и понимать — и отлично знал, что алюминиевый порошок иногда самовозгорается даже на воздухе, а уж в окислителе точно вспыхнет. Растворитель — точно окислитель, не щелочь же там! Значит, что?.. Достаточно смешать — и даже поджигать не надо!
Растворитель был расфасован в пластиковые канистры, алюминиевый порошок — в фольговые пакетики. Хм. Просто так сыпать из пакета, наверное, не стоит? Варда понятия не имел, какая там будет температура сразу, но учитель химии всегда говорил, что с любыми реакциями с выделениями света и тепла лучше перестраховаться! Бомбу сделать — пара пустяков, большую часть времени химик учится, как не сделать бомбу.
Так что Варда попробовал — и, что характерно, сумел! — транспортировать немного мелкой алюминиевой пыли телекинезом. Нормально так выходило, метров на десяти ничего даже не распылялось! Отлично, значит, ма-аленький эксперимент…
Варда открыл одну канистру, встал у дальней стены и осторожно, аккуратно направил в нее буквально одну щепотку алюминия.
Ого!
Из горлышка взметнулся столб пламени — вот тебе и осторожно! Блин!
Но ничего особенно не произошло. Все-таки щепотка была совсем маленькой: горлышко канистры оплавилось, да еще сама она как-то скукожилось, но и только. Варда выдохнул. Ладно, ясненько. Нужно быстро бросить алюминий в раствор и сбежать.
Но сначала — проверить, что выход свободен. А ведь там замки, Варде довольно много времени может потребоваться на то, чтобы их открыть!
Понимая, что в критический момент может не хватить даже секунды, Варда развинтил несколько канистр с растворителем и разлил их по полу. Сильно запахло ацетоном. Так, теперь пару пакетиков с алюминием по карманам — и к двери…
Дверь, к его удивлению, оказалась не заперта. В смысле, заперта только на засов — говорить не о чем. Они что, вообще не рассчитывали, что он может прийти в себя и освободиться от стяжек?
Да они, похоже, еще глупее, чем Варда думал!
Так, может быть, все-таки просто уйти и оставить книжку им? Пусть полиция потом разбирается… Они такие тупые, что точно от следователей не уйдут!
Он еще раз проверил эхолокацией закуток с лабораторией. И увидел, что у преступной троицы как раз докипели эти их «кастрюли», что они снимают их с огня и что-то делают с их содержимым. Момента удачнее не дождешься!
Ладно, была не была!
И Варда бросился туда, на ходу раздирая пакет с алюминиевой крошкой. Лаборатория при взгляде на нее глазами не сильно отличалась от того образа, что нарисовала ему эхолокация: просто отгороженный палетами с газовыми баллонами угол на старом складе. Единственное, что удивило — это насколько грязно тут было! Как будто совсем никогда не убирали.
Папина записная книжка лежала на краю столика с нарезанным хлебом и колбасой. Варда протянул руку, чтобы схватить ее… и вдруг один из подельников обернулся!
Кажется, это был тот, кого Варда назвал «третьим» — он казался постарше и на лицо поумнее двух других.