Значит…
Варда очень быстро понял, что это значит.
Метров через двадцать или тридцать, то есть совсем рядом — но под землей никто не ходит быстро! — тоннель расширялся, превращаясь в еще один зал, поменьше первого, но тоже вполне приличный. И, в отличие от того, где остались энтомологи, обжитой людьми. Тут стояли палеты с каким-то грузом, лампы, ящики… этакий склад. И валялось на земле тело Павла Николаевича с широко раскинутыми руками и удивленным выражением на породистом лице. А рядом, с заткнутым кляпом ртом, стояла на коленях Анна Романовна. Что они собирались с ней сделать, изнасиловать? Тоже убить?
Они — это преступники, нелюди, убийцы, те, о ком нельзя раздумывать как о людях и кого надо сразу убивать; так учил отец, еще когда Варда был подростком. Из-за кого нельзя испытывать муки совести, даже если они сгорели на полузаброшенном складе из-за пожара, устроенного твоими руками. Сейчас нелюдей было пятеро, трое в форме Службы наказаний (работники пенитенциарных заведений), двое — в гражданской одежде. Все вооруженные: у того, что в цивильной куртке, кобура под мышкой; у того, что в двух свитерах, ружье на спине и еще один пистолет на бедре; у тех, что в форме, кобуры на бедрах, как положено. Один из них держит пистолет в руке. Видимо, из него он только что проделал аккуратную дырочку во лбу Павла Николаевича. Пижон.
Варда не любил пижонов.
Жаль, нет магии; но на этот случай он тоже тренировался.
Его, конечно, уже заметили — плеск воды и гулкое эхо пещеры не давали шансов на анонимность. Все пятеро уже успели обернуться на звук, двое потянулись за пистолетами. Но Варду это не волновало. У него, конечно, тоже не было огнестрела — отец говорил, что по возможности лучше всегда носить с собой, но Варда решил, что эта рекомендация едва ли касалась пещерного комплекса. Прости, папа, ты был прав — как всегда!
Зато у Варды кроме обычного стандартного ножа, которым он обрезал веревки и открывал консервные банки, имелось еще два запасных, с балансом, подходящим для метания. И доставались они легко, из ножен на лодыжках. Тоже папин совет. Поэтому Варда, едва выскочив из прохода на свет фонарей, упал на одно колено — и метнул нож в того, кто уже успел в него прицелиться. Хрипящее тело с перерезанным горлом еще падало, а он, напрягая перетруженные недавним подъемом мышцы, рванулся вперед, перехватывая его — и развернул по траектории следующего выстрела. Пуля, к счастью, прошила спину его импровизированного «щита», но до самого Варды не достала — а могла бы, будь у тюремщика что-то крупнокалиберное. Отец предупреждал, что этот трюк без осечек работает только в фильмах. «У меня была мгновенная регенерация ребенка-волшебника, поэтому я выжил, усвоив этот урок на собственной шкуре. Тебе проверять не советую».
Но все же пришлось.
Зато Варде достался прекрасный трофей: мощный неуставной «волкодав», РПА-731, явно купленный безвременно усопшим за свои деньги, а не выданный на службе — даже какие-то декоративные накладки имелись на рукояти. Вот эта игрушка имела бы шанс прошить человеческое тело насквозь с такого расстояния!
Впрочем, Варда лишь мельком оценил достоинства нового оружия: ситуация требовала стрелять, а не проводить инвентаризацию! Он и выстрелил, понял, что промазал, и сразу выстрелил еще несколько раз, в надежде если не снять противников, то напугать. По нему лупили в ответ, но больше мазали, хотя «труп прикрытия» дернулся еще пару раз.
Все, магазин опустел: пистолет в руке стал легким, и Варда машинально сунул его в карман куртки.
Ему повезло: кроме первого, удалось убить или серьезно ранить еще двоих — лежали, не двигаясь. Оставшиеся двое залегли, один начал отползать к самодельной деревянной лестницы в дальнем углу пещеры.
Ну что ж.
Если бы можно было взлететь, все было бы проще: он просто сделал бы их сверху. А так…
В того, кто отползал, Варда кинул свой второй нож. Попал хорошо: в руку, пригвоздив ее к ящику, за который мужик как раз схватился. Тот завопил матом. Первый нож Варда выдернул из горла трупа, которым все еще прикрывался — и прямо, не скрываясь, пошел на оставшегося противника.
У того был уставной «горошек», ГР-43, и магазин, конечно, тоже опустел: Варда считал выстрелы.
— Ты кто такой, угребок⁈ — взревел последний оставшийся нелюдь в форме тюремщика.
Вместо ответа Варда ускорился, преодолевая дистанцию между ними за доли секунды, и двинул мужику кулаком в солнечное сплетение, одновременно подсечкой роняя того на пол. А потом вторым ножом перерезал горло. Мужик не успел ответить: Варда по праву гордился своей скоростью. У него получалось даже быстрее, чем у отца.